…Ровно 40 лет нашей дружбы и 20 дней разницы в дне рождения - это практически вся прожитая в зрелом возрасте жизнь. Сначала питерский клуб Меридиан, нам нет еще 20 лет, каждый вторник ожидание новой песни на Мишины стихи и музыку Лени Нирмана или Ларисы Герштейн, потом ночные посиделки под его чтение и бренчание гитары, внезапный отъезд, прощание навсегда, но еще потом - неожиданное возвращение, регулярные встречи то в Питере, то в Москве, сборка записок его кулинарного Общества Чистых Тарелок, новые книги потрясающих стихов, многие из которых он неожиданно и без комментариев присылал нам по интернету… И наконец, скорбное извещение, как с фронта, на котором он всю жизнь бился с неправдой и несправедливостью, а последние годы - с болезнями. Дальше выхода нет - будем жить памятью, потому что для нас и наших общих друзей он навсегда останется таким же, как 20 лет назад, на нашей кухне 8 апреля 1989 года, в свой первый неожиданный приезд из Израиля в Питер - четыре утра, звонок в дверь, на пороге невероятный и нереальный в те времена Генделев: "Привет, ребята, я не поздно?"… Спасибо, что Вы поместили эту фотографию на виртуальную обложку Книги (увы!) теперь Его Памяти. И навсегда для большинства из нас Миша останется Великим Поэтом, Настоящим Мужиком и Замечательным Другом, впрочем, таким, каким он и был в реальности. Вечная ему память!
Посмотреть так смерть несомненно сон но тот что снится себе сам так я и записал но прошел песок и забыл я что записал. А в несозвездии Близнецов огнь кометы плясал значит смерть это такой сон что снится тебе сам...
И еще из его посвящения "На смерть поэта", еще одного нашего общего друга - Леши Хвостенко:
Дай я пошлю тебе бабочку божию чушь безделку с запиской на обороте вручить Хвостенко мою самую с серебра оттенком пепельную с огненною каймою носи ее памяти на отвороте светлом… …а лучше я пошлю тебе свою куколку а точней завещаю води ее в детский сад царей кормить овощами выводи играть на свои Шанзелизе Алеша научи ее петь ты а потом я тоже.
Сергей Синельников, Татьяна Соломоник, писатели, журналисты (Санкт-Петербург)
Редакция "Курсора" благодарит всех, откликнувшихся на просьбу поделиться воспоминаниями о Михаиле Генделеве.
Книга памяти дополняется по мере поступления материалов. Те, кто хочет оставить запись в Книге памяти, могут это сделать направив письмо в редакцию "Курсора". С благодарностью также будут приняты фотографии из личных архивов, на которых запечатлен Михаил Генделев.
За стиль и содержание рекламных объявлений редакция ответственности не несет.
Редакция не вступает в переписку с авторами. Рукописи не рецензируются и не возвращаются.
Мнения, высказанные в авторских материалах, не всегда совпадают с мнением редакции.