Отказаться от психологии жертвы

Несмотря на то, что визит главы правительства Биньямина Нетаниягу в Германию был очень кратким, он нашел время для того, чтобы встретиться с представителями германского таблоида "Бильд Цайтунг", одного из изданий группы Акселя Шпрингера, с симпатией относящегося к Израилю. Во время этой встречи израильский премьер получил жуткий подарок: план Освенцима, предназначенный для хранения в музее Яд Ва-Шем.

Историки, разумеется, будут рады получить такой подарок. Однако зачем главе правительства Израиля связывать себя – а также государство, которое он представляет – столь демонстративно с темой Освенцима? Что это должно символизировать? Сам Нетаниягу объяснил это следующим образом: "Есть люди, которые отрицают факт Катастрофы" и поэтому "пусть они приезжают в Иерусалим, чтобы увидеть чертежи нацистской фабрики смерти".

Допустим. Этот экспонат еще один удар по тем, кто отрицает Катастрофу. И все же гораздо разумнее было бы передать данный документ непосредственно председателю музея Яд Ва-Шем, для которого сбор и хранение подобного рода свидетельств является основным видом деятельности.

Получив публично этот документ, Нетаниягу сыграл на руку таким людям, как Махмуд Ахмадинеджад, отрицающим легитимность существования государства Израиль. Потому что, по их словам, если бы не было Холокоста, то государство Израиль никогда бы не было создано. Без Катастрофы европейского еврейства у государства Израиля нет права на существование, говорят они. Приняв торжественно чертежи Освенцима, словно священный дар, премьер-министр Израиля сам сделал подарок врагам государства. Он угодил в ловушку "Холокост = Израиль". Как будто государство Израиль - это некий посмертный подарок от Адольфа Гитлера.

Отцы-основатели Израиля с отвращением отвергли бы предложение принять участие в подобной церемонии. Разве государство Изираиль – это утешительный приз за самое кровавое в истории преступление против еврейского народа? Разве мы не мечтали об этом государстве со времени разрушения Второго Храма. Разве мы не осушали болота и не озеленяли пустыню? Разве мы не воевали и не проливали кровь за то, чтобы это государство выжило и продолжило свое существование? Еврейское государство – это не щедрый подарок от иноземных народов. Катастрофа европейского еврейства была преступлением, которому нет равных в истории человечества. Однако государство Израиль создано и существует вне всякой связи с этой трагедией.

Так сказали бы Бен-Гурион, Хаим Вайцман, Менахем Бегин. Они приложили огромные усилия для формирования израильской идентичности, корни которой в языке иврит, в этике Священного Писания. Катастрофа была для них страшной памятью, но не конструктивным фактором в строительстве еврейской нации.

Грустный эпизод с получением чертежей Освенцима видится мне еще одним звеном в цепи психологической регрессии, которую переживает израильское общество. В Израиле, и особенно среди представителей правого политического лагеря, идентификация с Холокостом превратилась в важнейшую составляющую коллективного сознания. Эта новая психология сводит к минимуму колоссальные достижения государства Израиль. Она вынуждает общество всматриваться в прошлое вместо того, чтобы устремлять свой взор в будущее. Ужаснее всего то, что эта идеология определяет государство Израиль как государство-жертву, государство, населенное жертвами, которые, как известно, живут в ожидании очередного удара вместо того, чтобы взять судьбу в свои руки и нанести удар по восставшему против них Голему. В лучшем случае эти жертвы удостаиваются жалости, в худшем – презрения. Психология жертвы не позволяет лидерам страны сформировать гибкую и эффективную систему отношений - как с друзьями, так и с врагами.

Главным событием в современной истории Израиля явлется не Катастрофа, а Война за Независимость 1948 года. Рабами мы были, а теперь свободные люди – с 1948 года. В Песах мы празднуем освобождение, а не вспоминаем фараона.

Share |

| ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ |