Теория избранного народа: о слепой вере, черных кошках и концепции боли

"Бог – это концепция, посредством которой мы измеряем степень нашей боли," - сказал однажды Джон Леннон. Если это так, то израильтяне, по-видимому, самый страдающий и скорбящий народ на земле.

80% из них, согласно недавнему социологическому исследованию Института Гутмана, верят в бога. У некоторых из нас результаты исследования вызвали тревогу. Можно понять тех, кого эти данные расстроили или испугали.

Но есть и смягчающие обстоятельства. Израильтянам никогда не предлагалась мировоззренческая альтернатива, внятная и последовательная. Вместо этого побуждаемые благими намерениями израильские интеллектуалы до смерти утомили своих сограждан бесплодными дискуссиями о "секуляризме", "религиозном засильи" и "статусе кво", которые вгоняют в узкие политические рамки подлинный общественный диалог, касающийся основополагающих вопросов человеческого бытия.

Никто не потрудился со всей простой объяснить израильтянам, что бога нет. В западном мире атеизм является живой и не теряющей своего накала мировоззренческой концепцией. В Израиле атеизм является сугубо частным, интимным делом индивида.

Ко всему этому следует добавить ту экзистенциальную путаницу, которую создал сионизм: еврейская национальная идентичность является единственной в мире, которая определяется по религиозным критериям. Трудно ожидать от среднестатистического еврея-израильтянина, чтобы тот самостоятельно выбрался из густых зарослей идентификационной неразберихи и смог разобраться с порой неразрешимым для него вопросом – как можно одновременно принадлежать к еврейскому народу и еврейскому государству и не верить в бога в соответствии с иудейским каноном.

В том, что касается национального аспекта нашумевшего опроса, некоторые авторы указали на вызывающий особую тревогу результат исследования: 70% опрошенных вполне серьезно верят в то, что евреи являются "избранным народом". Это чревато последствиями с политической точки зрения.

Но меня более всего беспокоит иное. Приверженцы теории "избранного народа" являются весьма недалекими людьми, не отличающимися особым интеллектом. Речь идет не только о наиболее низком (и довольно инфантильном) уровне теологического мышления, которое способен проявить западный человек в 2011 году. Речь идет о странном игнорировании Холокоста и религиозных аспектов этой трагедии. Эффективное и последовательное уничтожение шести миллионов евреев должно было бы, как минимум, стать основой для критического переосмысления высокомерной концепции "избранничества".

Но все это верующие израильтяне предпочитают вытеснять в подсознание. Речь идет, разумеется, о довольно селективном вытеснении. 98% израильтян считают, что память о Катастрофе европейского еврейства должна быть основополагающим принципом в государстве. Спрашивается, как же тогда можно преодолеть эту удручающую мировоззренческую несовместимость.

Вопрос на этот ответ существует. Знаменитые еврейские головы, славящиеся изобретением патентов, могут на сей раз отдохнуть от интенсивной мыслительной деятельности. Решение не кажется таким уж сложным. Эта нехитрая технология с успехом апробирована в западных государствах. Она называется – отделение религии от государства. Религия (в частном или молельном доме) - сама по себе; государство – само по себе.

Американцы являются очень религиозным народом. Многие немцы и французы также верят в бога. Но они не смешивают религию с законодательной, исполнительной и судебной властью. Тысячи израильтян верят в то, что черные кошки, переходящие дорогу, приносят несчастье. Тычячи израильтян являются фанатичными приверженцами той или иной футбольной команды. Но никому и в голову не придет предложить законопроект, обязывающий граждан трижды сплевывать через левое плечо.

Никто не ждет от вас, что весь народ проникнется скорбью, если иерусалимский "Бейтар" или тель-авивский "Ха-Поэль" окажется на самом дне турнирной таблицы. Однако большинство израильтян считает логичным, что весь их жизненный цикл – рождение, брак, развод, военная служба, питание, транспорт, отдых, смерть и похороны – регламентируется в соответствии с непререкаемыми религиозными догматами, без какой-либо возможности выбора.

Этот мощный религиозный каток, управляемый госструктурами и финансируемый из госбюджета, сносит на своем пути демократический фундамент суверенного государства, и, на данном этапе, действительно активно прокладывает путь агрессивному национализму и абсолютному этноцентризму.