Почему Израиль отпустил Менгеле?

levamelamid Все новости, Пресса 50 Comments

«Десятки лет Моссад вело личное дело Йозефа Менгеле — нацистского врача, который, в числе прочих зверств, выбирал, кого из новых заключенных Освенцима отправить на немедленную смерть в газовых камерах, а кого послать сначала на работы или подвергнуть своим ужасным «медицинским» опытам», — рассказывает в The New York Times Ронен Бергман, журналист газеты «Едиот ахронот» и автор готовящейся к выпуску книги «Rise and Kill First: The Secret History of Israel’s Targeted Assassinations» («Встань и убей первым: тайная история израильских точечных ликвидаций»).

«В этом личном деле тысячи страниц, документирующих попытки Моссада захватить или убить этого военного преступника: целые часы работы, огромные суммы денег, десятки агентов и источников, прослушка, проникновения в помещения, тайные фотографии и вообще почти любые другие уловки, какие есть в инструментарии шпионов, включая вербовку нацистов и журналистов, — говорится в статье. — Это все ни к чему не привело. Менгеле так и не познал правосудия».

«Впервые можно сказать, почему Моссад не смог задержать человека, который был, возможно, самым желанным для него из нацистов, переживших Вторую мировую войну. Документы и интервью показывают, что, вопреки распространенному мнению, большую часть того времени, когда Менгеле прятался, Моссад вообще его не искал — или держал его обнаружение в самом конце своего списка задач. Мое новое исследование проливает свет на тот период, когда приоритеты этого агентства формировали реализм и зрелость, а не понятное желание пролить кровь нацистов», — пишет автор статьи.

«Ряд премьер-министров Израиля, действующих по рекомендациям ряда директоров Моссада, мудро рассудили, что агентство должно сосредоточить усилия на более срочных вопросах и уделять ограниченные ресурсы розыску (или не уделять их вообще)», — утверждает Бергман.

«В 1960-х годах захватили, судили и казнили Адольфа Эйхмана, бюрократического организатора Холокоста, и это навело многих людей на мысль, что Моссад после этого захочет наложить руки на Менгеле. Многие в Израиле и по всему миру полагали, что Моссад сделает это без труда. Однако, по правде говоря, в те годы лидеры правительства и агентства просто были не слишком заинтересованы в его поимке», — говорится в статье.

«Оглядываясь назад, некоторые бывшие офицеры Моссада выражают сожаление. Майк Харари, возглавлявший подразделение специальных операций «Кесария» в 70-х годах, сказал мне незадолго перед смертью в 2014 году, что сожалеет, что не преследовал Менгеле: «Пока в любом уголке мира дышит нацист, мы должны помочь ему перестать дышать», — передает Бергман. — Я не уверен, что согласен. Я сын двух людей, переживших Холокост. Ребенком я слышал от лучшего друга моих родителей о том, как он пережил печально известный процесс отбора, организованный Менгеле в Освенциме. Менгеле снился мне в кошмарах. Поэтому, конечно, я зол на то, что немецкое правительство не приняло меры в первые годы после Второй мировой войны, и раздосадован тем, что Моссад не смог призвать Менгеле к ответу. И все же я полагаю, что решение не делать его поимку приоритетом было правильным. В каждой разведывательной операции есть риск. Подход Моссада к Менгеле — проявление благоразумия и прагматизма со стороны руководства агентства, контрастирующих с эмоциональностью Менахема Бегина (полагавшего, что для поимки нацистов делается недостаточно — прим. ред.)».

«Захвата Эйхмана и суда над ним — и его казни — хватило, чтобы рассказать миру о Холокосте и дать понять, что еврейскую кровь нельзя проливать безнаказанно. С этого момента было бы лучше, если бы Моссад отпустил прошлое. Нацисты больше не представляли угрозы. И нет недостатка в современных врагах, которые делали и, определенно, всегда будут делать это», — резюмирует Бергман.

Ронен Бергман | The New York Times

Источник: The New York Times
См. также здесь.
ТЭГИ: