Либерман: в Газе нет и не было никакого «народного протеста»

Министр обороны Авигдор Либерман, открывая сегодня (22.10) заседание комиссии Кнессета по внешним делам и обороне, сделал важное заявление.

«Сначала позвольте представить вам моего нового военного секретаря. Он впервые выступает перед этой комиссией Кнессета. Во-вторых, хочу вновь подчеркнуть, что наблюдаемое нами в последние годы явление, когда у политиков стало заведено обрушиваться с нападками на людей в форме – будь то начальник Генштаба, будь то другой офицер или генерал – абсолютно недопустимо и нетерпимо.

Всегда можно и иногда даже нужно критиковать министра обороны, главу правительства, политическое руководство в целом. Но когда политики обрушиваются с критикой на людей в форме, прекрасно зная, что человек с погонами не может, не вправе им ответить, привести контрдоводы – это граничит с посягательством на безопасность страны. Повторяю: это просто недопустимо и очень надеюсь, что это позорное явление вскоре будет изжито.

Теперь по поводу Газы. Прежде всего, хочу подчеркнуть: там нет и не было никакого «народного протеста». Там была и есть целенаправленная и агрессивная политика ХАМАСа. 15 тысяч человек не соберутся сами по себе у приграничных заграждений. Их туда организованно подвозят автобусами, и за каждый рейс такого автобуса ХАМАС платит тысячи шекелей.

С 30 марта ХАМАС потратил на эту свою новую затею – организованные беспорядки у границы огромные средства. Только за каждого убитого там они платят 3000 долларов, за каждого тяжело раненого – 500 долларов, а за ранение средней тяжести – 200 долларов. Статистика убитых и раненых там известна, перемножить нетрудно.

Поэтому, повторяю: нет никакого народного протеста, есть тщательно спланированное и организованное насилие. Каждую пятницу в Газе раздаются призывы рассаживаться по автобусам, те кто едут получают всяческие поощрения, им приплачивают за то, чтобы они участвовали в стычках с солдатами ЦАХАЛа.

Это их новое изобретение в противостоянии, они прозвали это «маршами возвращения», они полностью контролируют уровень напряженности у границ. У них есть эдакий «регулятор», которым они по своему желанию могут то повысить, то снизить уровень напряженности и беспорядков.

У нас тоже есть «регулятор», он называется КПП «Керем Шалом», и я намерен и впредь его активно использовать, регулируя экономические послабления в соответствии с их поведением, точнее, уровнем насилия и напряженности. Есть насилие – сразу последуют жесткие экономические и прочие ограничения. Соответственно, тишина и спокойствие прямо ведут к экономическим поблажкам. ХАМАС регулирует уровень насилия, а мы в ответ пользуемся своим регулятором.

Но этого недостаточно. В последнее время много говорят о, якобы, «урегулировании». От себя лично добавлю, что я ни в какое «урегулирование» с ХАМАСом не верю. Это не срабатывало в прошлом, не работает сейчас и не будет работать в будущем.
Из недавней истории вполне можно извлечь должные уроки. Тишина и спокойствие были достигнуты в Иудее и Самарии посредством операции «Защитная стена», а в секторе Газы после операции «Несокрушимая скала» мы получили 4 года тишины – между 26 августа 2014 и 30 марта 2018. Это то, что мы получили.

Я не раз говорил и повторяю снова: Израиль не может позволить себе роскошь начинать войну, когда есть иные средства. Мы можем себе позволить войну только тогда, когда иного выхода нет. В этом-то и разница между Шестидневной и Первой Ливанской войнами. И вот сейчас в отношении сектора Газы мы дошли до ситуации, когда иного выхода нет. Ничто, никакие средства, шаги и меры, кроме самого мощного, сокрушительного удара по ХАМАСу — больше не работают и не будут работать. Все средства исчерпаны.

Понятно, что я считаю это абсолютно неприемлемым, и убежден: все! Пора решать. Все иные возможности исчерпаны. Мы предоставили возможность что-то сделать и о чем-то договориться посланнику ООН, египтянами, катарцам. И на все был четкий и ясный ответ ХАМАСа. Каждый, кто будет и дальше пытаться «истолковывать» этот ответ, утверждая, что, дескать, «они не совсем это имеют в виду, что они говорят одно, а делают другое» – они как раз имеют ввиду именно то, что говорят. Поэтому мы должны сделать очевидные, напрашивающиеся выводы. И не только выводы. Пора действовать», — подчеркнул Либерман.

ТЭГИ:
Загрузка...