Против референдума

Немного в Израиле политических концепций, пользующихся такой популярностью, как референдум. Хотя традиционно за референдум выступают правые, большинство левых и центристов тоже не склонны открыто противостоять идее прямого народного волеизъявления, и когда тихий саботаж попыток провести соответствующие законы срывается, исход голосования в Кнессете можно считать предрешенным. Так в ноябре 2010 года был принят закон, обязывающий провести референдум в случае решения правительства передать другому государству суверенную израильскую территорию – речь, разумеется, идет о Восточном Иерусалиме и Голанских высотах, а также тех территориях к западу от так называемой «Зеленой линии», которые в некоторых проектах мирного урегулирования предлагается передать будущему Палестинскому государству в обмен на крупные блоки поселений. Обрадованные успехом, правые вместе с центристами из «Еш Атид» намерены в нынешнем Кнессете превратить закон о референдуме в универсальный и основной, так, чтобы он соответствовал по своему статусу другим законам конституционного характера.

Как бы ни была популярна эта идея, стоит все же порекомендовать ее сторонникам придержать лошадей. Когда против чего-то выступают люди и организации столь разные по своему мировоззрению, как Авигдор Либерман, Ципи Ливни и израильский Институт Демократии, к их возражениям стоит прислушаться.

Любовь израильских правых к референдумам вытекает прежде всего из неприятного парламентского опыта. В то время как депутаты левых партий никогда не дезертировали в противоположный идеологический лагерь в момент принятия принципиальных решений, в 1995 году дальнейшая реализация проекта Осло была обеспечена благодаря перебежчикам из правой партии Цомет. Десять лет спустя уже лидер правого Ликуда Ариэль Шарон во главе группы депутатов, видевших в премьере единственного гаранта своего политического будущего, нарушил собственные предвыборные обещания и ликвидировал еврейские поселения в секторе Газы. Не удивительно, что правые надеются на крепость народного слова – как ни извертится хитроумный премьер, как ни будет дудеть в уши пресса, поставленный перед четким выбором, еврейский народ скажет четкое «нет» любым уступкам, как это сделали члены партии Ликуд на референдуме по размежеванию.

Увы, надежда эта, мягко говоря, беспочвенна. И в 1995, и в 2004-5 годах большинство израильтян в опросах общественного мнения поддерживали планы правительства. Международный опыт учит, что гражданам далеко не столь просто отклонить уже подписанный их лидерами международный договор. Да, в 1973 и в 1994 годах жители Норвегии сорвали попытки своей правящей элиты присоединиться к Европейскому Союзу. Но кто гарантирует правым, что израильский электорат поведет себя, как норвежцы, а не как датчане, которые, проголосовав в 1992 году против Маастрихтского соглашения, так испугались собственной дерзости, что уже через год сменили гнев на милость в обмен на незначительные уступки ЕС? Норвежское исключение подтверждает правило – если правительство чего-то хочет, референдум подтвердит волю исполнительной власти.

Более того — поклонники референдума в силу своей идеологической ориентации склонны упускать из виду почти двадцать процентов израильтян – арабов, среди которых поддержка любых территориальных уступок со стороны Израиля диспропорционально высока. До тех пор, пока израильские арабы выражают свои политические предпочтения на выборах в Кнессет, их голоса дробятся между различными партийными списками, а часть избирателей-мусульман просто бойкотирует сионистский парламент. В условиях, когда единственным вопросом политической повестки дня станет вопрос территориальный, следует ожидать массированного участия арабских избирателей в любом референдуме. Вряд ли они прислушаются к правым агитаторам, которые будут их уговаривать воздержаться.

Поэтому эфемерные преимущества референдума не должны заслонять его вполне ощутимые недостатки. Израиль – это не Афины. Мы не «демократия» в классическом понимании этого слова, мы – «республика», а именно – власть народныхпредставителей. Носителем государственного суверенитета в Израиле является не народ, а Кнессет  — избранный народом парламент. Кнессет вправе решать любые вопросы – налоги и расходы, война и мир, праздники и будни. Любой национально ориентированный политик или идеолог должен стремиться к тому, чтобы граждане Израиля с максимальной серьезностью относились к своему политическому выбору, чтобы они знали – никаких объездных путей не будет, и определять их судьбу будет содержание голубого конверта, который они сунули в избирательную урну. Правые раз за разом разочаровывались в своих избранниках? Ну, значит, им стоит задуматься о том, за кого они голосуют и почему.

Единственно возможный референдум – это тот, на котором определяются правилы игры в нашей республике – референдум по Конституции. Когда Биньямин Нетаниягу и его соратники наберутся смелости предложить после 65 лет независимости Основной закон для еврейского государства – вот тогда есть смысл в референдуме. До тех пор будущее страны, ее границы, ее политика должны определяться только в Кнессете. Необдуманные призывы вместо народных избранников обратиться «к народу» — от лукавого.

ТЭГИ:
Загрузка...