levamelamid

Стены-двери и батуты, или Концепция умного трюка

levamelamid Все новости, Мнения 0 Comments

Все заканчивается. И даже то, что потом долго и светло помнится. Фестиваль «Золотая маска», впечатанный, инкрустированный в масштабный отечественный фестиваль JaffaFest, закончился.

Спектакли, которые мы увидели, были разные, любопытные, совершенно не похожие на израильский театр. Не лучше, не хуже, просто иные. Вечер, который был завершающим  в сверкающем марафоне с «Золотой маской» наперевес, был отдан спектаклю московского Театра мюзикла «Реверс». К слову: театр это абсолютно частный, следовательно – от госдатаций свободный…  Режиссер Ирина Дрожжина (она придумала и поставила этот спектакль в соавторстве с Андреем Кольцовым), гимнастка, цирковая артистка, изящная, золотистая, вся какая-то сказочная, сказала по окончании,   что найти исполнителей было невероятно трудно. Это и понятно, ведь спектакль «Реверс» призван соединить фантастическое владение телом – и актерскую глубину, харизму, умение говорить без слов, нести мысль и настроение.

«Реверс» — драма с  полетами, игрой на лестнице, многозначными диалогами — монологами  с трапецией, батутом, ключами. Это спектакль со сверхзадачей, которую можно, вероятно, сформулировать так:  слово  ограничено в своих возможностях, изобразительные возможности тела  бесконечны. Музыка Михаила Мищенко, написанная к спектаклю,  соткана из  вопросов. Она напряженная, неожиданно мелодичная, выразительная.  Волна этой музыки словно переносит нас туда,  в дом, в мир, где все и происходит. Где все время, до минуты, расходуется на созидание глубокого кроссворда-практикума.

Девушка в тренировочном, каком- то очень домашнем прикиде,  выходит к нам из-за двери, пробует  фактуру, упругость лестницы, скатывается, идет к двери — и уже не может ее открыть и вернуться обратно. Почему-то вспомнилось выражение Камю «Всякая стена – это дверь». Появляются другие  молодые люди. За ними  — за каждым – закрывается его дверь, и пути назад нет. Герои равнозначны, здесь нет солистов – и они все солируют. У каждого есть свой мини-спектакль, свой эпизод. Этих юношей и девушек можно поименовать в соответствии с их обликом, характером — «качок», «тиран», «задумчивый», «романтик», «слепая», «двойняшки»… Они рьяно сражаются за один-единственный  ключ, будто уверены, что он откроет любую дверь. А  потом сверху падает множество ключей, и этот  дождь ключей не решает  проблемы. Потому что двери  не поддаются. Новые метафоры сыплются, как из волшебного рога. Вдруг одна из дверей распахивается – и наши герои обретают странные предметы: мячик, мятый спасательный круг,  губная гармошка…

Миниатюры – загадки сплетены воедино. Девушка и веревочная лестница, которую пытаются отнять все остальные. Нет, не все – самые алчные и эгоистичные. Или самые любопытные? «Слепая» и обруч: она не видит, зорко только ее тело, ее пластика звучит чисто и незамутненно, как ручей, ее толкают, ей мешают, она остается великодушной.  Все куда-то бегут, ввинчивая тела в воздух, в свет софитов, в музыку, головокружительно- завораживающую — она уравновешена, она великодушна и спокойна… Один человек протягивает другому  руку. А тот не хочет, не удостаивает своим согласием. И они пружинят на батуте, летают с батута на лестницу и обратно, и лестница – это дорога, восхождение, и батут – это пучина, преграда, омут… Вот,  кажется, они обнялись¸ измученные упрямой враждой – и зал аплодирует, ему ли, нашему залу не  понять такие расклады… но нет¸ толчок, полет, падение в глубину пружинистого батута… Монолог актера-змеи, каучуковое соло  с роскошно выкрученными костями, демонстрация запредельного владения телом, гибкости на грани фола самых крутых фантастических фильмов (из чего он,  этот Голем, из песка, из компьютера?!). Гордое высказывание  одиночки. Треск костей почти слышится, тело будто вышло из повиновения, — как много можно понять и прожить с  этим гибельным соло юноши в очках…

Мы замираем, испуганные, завороженные, примагниченные. Легкость, естественность всех этих притч-игр  завораживает. Физическая подготовка, пластика актеров не уступает и не превосходит серьезность психологического рисунка, их понимание роли, самоотдачу и увлеченность. Совершенно ясно, что всех актеров объединяет стремление¸ цель. Высота. Они все – звезды, как бы мне не мешала меркнущая,  расхожая семантика этого слова. Звезды, которых хочется видеть, от которых в душе рождается  равновеликая свобода полета. А это ли не победа?

Хореограф Дебра Браун, автор волшебной, мистической   светопартитуры Иоахим Барт, режиссеры Андрей Кольцов и Ирина Дрожжина, сценограф Дпрья Дурнева – все сработали превосходно. Спасибо, «Гешер», спасибо, организаторам,  израильтянам и москвичам! И, разумеется, всем спонсорам. И – в особенном порядке – господину Роману Абрамовичу. Театром на высоте завершился красивый и достойный  сюжет. Встретимся  будущим летом.

Инна Шейхатович

ТЭГИ: