Гидеон Саар: За свободу выбора и ограничение срока власти

Гидеон Саар с семьей фото

Лидер партии Тиква Хадаша Гидеон Саар дал эксклюзивное интервью «Курсору».

Это интервью мы организовывали, проводили и записывали больше двух месяцев – по кусочку, по полвопроса. Гидеон Саар катастрофически занятой человек, ему не хватает времени «на поговорить». Но, кажется, предвыборная гонка позади и в последний день перед очередными внеочередными выборами в парламент мы, наконец, публикуем это интервью.

 

Израиль мечты

— Гидеон, давайте начнем со знакомства для тех, кто только открывает вас, как политического лидера. Откуда вы, каким было ваше детство и где ваши корни?

— Я родился в Тель-Авиве, детство провел в Негеве. Мой отец – репатриант из Аргентины, корни семьи которого – из Украины. Отец был врачом и мне довелось с ним бывать в гостях у Давида Бен-Гуриона в его домике в кибуце Сде-Бокер. Он мне тогда устраивал экзамены по географии у большого глобуса, и я угадывал названия столиц.

Ещё в юности я очень пристально следил за политикой, моим кумиром был Менахем Бегин, я старался не пропустить ни одного его выступления, и до сих пор считаю его лучшим главой государства со дня его основания.

Военную службу прошел в боевой бригаде «Голани», потом получил юридическое образование, даже некоторое время работал в этой области. Но общественная деятельность всегда была моим призванием.

В 32 года Нетаниягу назначил меня на должность секретаря правительства, потом я работал и с Шароном на этом посту. Был министром образования, главой МВД, входил в правительственный кабинет по вопросам безопасности.

Женат на Геуле, родители которой репатриировались в 70-е годы из Вильнюса, у нас двое маленьких детей, а вообще на двоих – у нас семеро детей. Да, кстати, я ведь еще и дедушка (смеется). Внука Нимрод зовут.

— Давайте начнем разговор по сути с главного: как выглядит Израиль вашей мечты? Нарисуйте картину, пожалуйста.

— Политический, экономический и социальный кризис, в котором мы находимся уже два года, — тяжелейший в истории Израиля. Сегодня уже ясно: Израилю необходимы перемены.
Я верю в наш народ. Верю в то, что нас объединяет, и в то, что отличает каждого из нас, в наше богатое духовное наследие, в свободу выбора.

Живи и дай жить другому.

Я хочу, чтобы в нашей стране царили справедливость и милосердие, чтобы была здоровая конкуренция и свободная экономика, чтобы государство выполняло свои моральные обязательства перед поколением наших родителей, чтобы мы построили вместе лучшее общество ради наших детей.

Я верю в демократию. В этом наша сила, как граждан. Я верю, что чрезмерная власть и отсутствие критики ведут к коррупции.

Я верю в наше право на Землю Израиля и на Иерусалим, нашу столицу. Я верю в современное, прогрессивное государство, новаторское, стремящееся к совершенству в образовании и науке. Новая надежда всегда зиждется на вере в то, что может и должно быть лучше.

 

Никогда не войду в правительство Нетаниягу

— Четвертые выборы за 2 года – это институциональный кризис или всему виной один лишь Нетаниягу?

— Нетаниягу подчинил всю политическую систему, а вместе с ней – и всю страну своим личным интересам. Если бы не его обсессивное стремление всеми силами удержаться за кресло премьера, у нас уже давно было устойчивое правительство.

— Его любят и ненавидят, но в общем все согласны, что он гений от политики…

— «Гениальность» Нетаниягу дорого обходится всем гражданам Израиля. Страдают в той или иной степени практически все. Бюджет не принят в самый разгар экономического кризиса, раскол в обществе: всех натравливают друг против друга, люди остались без средств к существованию, меньшинство диктует всем остальным, как жить, ни одна реформа не проведена.

В Кнессете – крики и уровень дискуссии, который невозможно больше терпеть, парламентская деятельность, а это, напомню, в том числе и контроль за работой правительства, практически парализована. Если вы это имеете в виду, когда говорите о «гениальности», то грош ей цена.

— Наверняка решение выйти из Ликуда было очень сложным. Как воспринял его лидер партии, а также ваши коллеги? Почему именно сейчас? Предателем не называют?

— Я мог бы прекрасно продолжать свою политическую карьеру в Ликуде. На выборах главы партии я баллотировался против Нетаниягу и набрал 30% голосов. При абсолютной власти Биби в партии – это очень много. Я дважды избирался на первое место в праймериз.

Но есть в жизни страны, нации моменты, когда нельзя молчать, нельзя мириться, если видишь, как у тебя на глазах происходит что-то неладное, даже, если многие пока этого не видят. Нетаниягу превращается в авторитарного вождя. Его интересует только собственное политическое выживание.

В Ликуде у меня много друзей и единомышленников. Я ощущаю огромную поддержку. Многие ещё запуганы, опасаются высказываться открыто. Моя задача – дать надежду, проложить путь к переменам. Я прекрасно понимал, насколько этот путь будет трудным. Но он того стоит, если людям станет легче жить, если у наших детей будет будущее в нашей любимой стране.

— Каковы сейчас ваши отношения с Нетаниягу?

— Нет никаких отношений. Он ведь даже имя моё намеренно не упоминает, поскольку прекрасно знает, кто представляет для него реальную угрозу. Вот и создал себе мнимого противника – Лапида.

— На прошлых выборах многие поверили в Кахоль-Лаван и Бени Ганца. Сейчас все считают новым ганцем вас. Как вам такое сравнение? Сделали и вы выводы из ошибок Бени: готовы ли вы на коалицию с Нетаниягу? На какие цифры рассчитывает ваша партия? Сколько вы планируете набрать голосов?

— Я не люблю говорить о других. Что касается «Тиква Хадаша», то мы партия с четко обозначенной идеологией. Мы правоцентристы, и считаем, что Израиль должен быть свободной демократической страной, в которой никто никому не диктует, как жить, но при этом, основой нашего общества являются те самые ценности, которые когда-то представлял Ликуд: сионизм, патриотизм, уважение к богатейшей истории и наследию нашего народа.

По поводу ошибок, о которых вы говорите, то одна из них заключается в непонимании того, что большинство избирателей придерживаются правых взглядов, поэтому ни один лидер так называемого «центра» не может собрать коалицию.

Во-вторых, в отличие от остальных, я никогда, ни при каких условиях не войду в правительство Нетаниягу. Для того, чтобы сменить его нам нужна поддержка и доверие граждан. Я понимаю, что после того, как повела себя партия Кахоль-Лаван людям трудно довериться. Но все остальные уже пробовали, и у них ничего не вышло. Я могу сказать лишь одно: я никогда не давал обещаний, которые не выполнил.

— Вы предлагали ограничить срок нахождения премьер-министра у власти. Не измените свою точку зрения, если станете премьером? Какой срок вам кажется уместным?

— Ограничение срока власти – первый закон, который проведет правительство под моим руководством. Не более 8 лет. Что не успел сделать за первые четыре года, — попроси заново поддержку у избирателей и заверши свои добрые дела. А если не успел и за 8 лет – значит, не справился, освободи дорогу другим. Иначе все, кто попадает в кресло премьера, думают только о том, как переизбраться, а ведь руководить страной – это значит принимать иногда и непопулярные, но столь необходимые решения.

 

Образование — во главу угла

— Вы, конечно, знаете о проблемах русскоязычной алии – многие репатрианты из бывшего Союза «ликудники». Нетаниягу давно и плотно работает с этим электоратом. Как вы планируете сделать их своими?

— Кардинальное различие между нами и другими партиями в том, что с момента создания Тиква Хадаша, а нам всего три месяца, русскоязычные израильтяне принимают самое активное участие в работе партии. Заместитель председателя Тиква Хадаша Зеев Элькин и я, да и все члены партии, очень солидарны во мнении, что русскоязычные израильтяне должны стать интегральной частью Тиква Хадаша, и так уже и происходит.

У нас десятки русскоязычных штабов, с нами вице-мэры и депутаты горсоветов – бывшие репатрианты. Каждый из них занимается решением проблем репатриантов на местах. При этом мы не секторальная, а именно общенациональная партия, и наши демократические механизмы избрания будут открыты для всех. Мощное присутствие русскоязычных израильтян в партии позволяют нам серьёзно и вдумчиво подходить к вопросам, волнующим русскоязычную общину.

Например, наша программа для пожилых людей включает и полное выполнение рекомендаций комиссии Зеева Элькина, когда он занимал пост министра абсорбции. Это касается, прежде всего, тех, кто приехали в Израиль в возрасте 45 лет и старше, и не накопили достаточный стаж для пенсии. Такие вопросы мы намерены разрешить в первую очередь, чтобы пожилые люди жили достойно.

— Какие реформы ждет Израиль при правительстве Саара?

— В нашей программе – 31 раздел, и каждый пункт в ней результат серьезной подготовительной работы. Не случайно во главу угла мы ставим образование, и даже заявили, что пост министра просвещения останется у нашей партии.

Как министр просвещения в прошлом, я понимаю, насколько будущее нашей страны зависит от уровня преподавания, от кадрового состава педагогов, от автономии в управлении школами. Это – залог нашего существования и процветания.

Я знаю, как изменилась жизнь семей с маленькими детками с того момента, как мы провели реформу бесплатного образования для детей 3-5 лет. В своё время я создал при министерстве форум русскоязычных педагогов, который собирался раз в полгода.

Среди постоянных консультантов были уважаемые ученые и преподаватели, такие как директор школы им. Иоанны Жаботинской Мила Спивак, основатели школы Шевах-Мофет д-р Яков Мозганов и Зеэв Гейзель, директор Израильского Лицея д-р Борис Штивельман, лингвист д-р Мила Шварц и другие.

После каждого совещания я вдохновлялся новыми идеями, поскольку опыт этих замечательных профессионалов многое дал и ещё может дать израильской системе образования. Кстати, Яков Мозганов вошел в список нашей партии и открыто поддержал мою кандидатуру на пост премьер- министра, за что я очень благодарен ему.

 

Нужно садиться и договариваться

— Монополии – едва ли не главная гражданская проблема Израиля. Авто с наценкой 200% — это возмутительно. Квартира в пустыне за миллион долларов – это издевательство…

— Эти вопросы также затронуты в нашей программе. Проблемы, которые вы упомянули, требуют комплексного подхода. Мы откроем израильский рынок для конкуренции за счет снижения барьеров импорта, создадим при канцелярии премьер-министра постоянно действующий штаб по борьбе с бюрократией, упростим регуляционные процессы. Таким образом, мы приведем к развитию конкуренции и снижению дороговизны жизни.

Цены на квартиры – одна из самых болезненных проблем в нашей стране. Наша жилищная программа включает специальные льготные условия для приобретения первой квартиры, обновление жилищного городского фонда, строительство 75 000 квартир для аренды в течение 10 лет и другие важные пункты.

— Главный негражданский вопрос: как решать проблему Палестины?

— Я твердо придерживаюсь позиции преемственности во власти. Ведь только так можно выстраивать отношения с международными партнерами. Так, например, Нетаниягу обязался воздержаться от объявления суверенитета на территориях в районе Иорданской долины на несколько лет. Это обязательство дано от имени израильского правительства, это не личное обещание Нетаниягу.

Удобно ли, комфортно ли оно для лидера с правыми взглядами? Нет. Но я намерен соблюсти предыдущие обязательства. Более того, я уверен в своих способностях выстроить доверительные отношения с новой администрацией США, с обеими партиями – республиканцами и демократами.

Это предельно важно, когда весь мир переживает затяжной кризис, связанный с пандемией, и нам нужно будет выходить из него сообща, полностью доверяя друг другу.

— Авигдор Либерман критикует всех, кто поддерживает «диктат ультраортдоксов» и «арабскую проблему». И уже ставит равенство между этими «угрозами». Считаете ли вы их таковыми? Как решать проблему ешив и их специфического образования, а также растущих проблем среди арабского населения Израиля? Готовы идти в коалицию с НДИ, ультраортодоксальными партиями?

— Вы затронули несколько важных вопросов одновременно. Касательно религиозного диктата, я однозначно против любого вида шантажа. В том-то и дело, что Нетаниягу – единственный, кто полностью от них зависит, поскольку без них он лишится власти, и поэтому выполняет любые их требования.

Когда я был министром внутренних дел, я не раздумывая урезал бюджет некоторым религиозным учебным заведениям, поскольку проверки показали, что там не выполняли квоту по преподаванию базовых предметов. Не помогло им и то, что они входили тогда в коалицию, закон должен быть единым для всех.

Это касается и другой затронутой вами проблемы – арабского сектора. Государство абсолютно не справляется с обеспечением порядка в арабских населенных пунктах, там творится беспредел, убийства и криминальные войны, страдают обычные граждане, которые молят о помощи, а власть бездействует. И при этом у Нетаниягу, потеряв стыд, ищет там голоса в свою пользу. Это возмутительно. Мы первым делом вернем закон и порядок на всей территории Израиля.

Что касается возможных партнеров по коалиции, то и я, и Зеев Элькин обладаем богатым опытом в ведении коалиционных переговоров. Поэтому давайте дождемся результатов выборов и тогда будет понятно, как создать правительство перемен. Но то, что я озвучил – базовые условия. Никто никому ничего не должен диктовать. Нужно садиться за стол переговоров и договариваться.

Беседу провел Алексей Степанов.

ТЭГИ:
comments powered by HyperComments