Дефицит витамина D способствует увеличению зависимости к опиоидам — исследование

витамин Д иллюстрация коллаж

По словам ученых, добавки могут помочь в борьбе с зависимостью.

Согласно новому исследованию, проведенному учеными из Массачусетской больницы общего профиля (MGH), дефицит витамина D сильно преувеличивает тягу к опиоидам и их действие, потенциально увеличивая риск зависимости и привыкания.

Результаты исследование были опубликованы в Science Advances.

Ученые предполагают, что решение общей проблемы дефицита витамина D с помощью недорогих добавок может сыграть роль в борьбе с продолжающимся бедствием опиоидной зависимости.

Предыдущая работа Дэвида Э. Фишера, доктора медицины, доктора философии, директора программы меланомы Центра массового общего рака и директора Исследовательского центра кожной биологии (CBRC) MGH, заложила основу для текущего исследования.

В 2007 году Фишер и его команда обнаружили нечто неожиданное: воздействие ультрафиолетовых (УФ) лучей (в частности, формы, называемой UVB) заставляет кожу вырабатывать гормон эндорфин, который химически связан с морфином, героином и другими опиоидами — фактически, все активируют одни и те же рецепторы в головном мозге. Последующее исследование Фишера показало, что воздействие ультрафиолета повышает уровень эндорфина у мышей, которые затем демонстрируют поведение, соответствующее опиоидной зависимости.

Эндорфин иногда называют гормоном «хорошего самочувствия», потому что он вызывает чувство легкой эйфории. Исследования показали, что у некоторых людей возникает желание загорать и посещать солярии, что отражает поведение опиоидных наркоманов. Фишер и его коллеги предположили, что люди могут искать UVB, потому что они неосознанно жаждут выброса эндорфинов. Но это предполагает серьезное противоречие.

«Почему мы должны эволюционировать, чтобы поведенчески тянуться к наиболее распространенному из существующих канцерогенов?» — задается вопросом Фишер и добавляет, что пребывание на солнце является основной причиной рака кожи, не говоря уже о морщинах и других повреждениях кожи.

Фишер считает, что единственное объяснение того, почему люди и другие животные ищут солнца, заключается в том, что воздействие УФ-излучения необходимо для производства витамина D, который наш организм не может выработать самостоятельно. Витамин D способствует усвоению кальция, который необходим для построения костей.

Поскольку племена людей мигрировали на север в доисторические времена, могло потребоваться эволюционное изменение, чтобы заставить их выйти из пещер на солнечный свет в очень холодные дни. В противном случае маленькие дети умерли бы от длительного дефицита витамина D (причина рахита), а слабые кости могли бы разрушиться, когда люди убегали от хищников, сделав их уязвимыми.

Эта теория привела Фишера и его коллег к гипотезе о том, что стремление к солнцу обусловлено дефицитом витамина D с целью увеличения синтеза гормона для выживания, и что дефицит витамина D может также сделать организм более чувствительным к воздействию опиоидов, потенциально увеличивая зависимость к этому.

«Наша цель в этом исследовании состояла в том, чтобы понять взаимосвязь между передачей сигналов витамина D в организме и поведением, связанным с поиском ультрафиолетовых лучей и опиоидов», — говорит ведущий автор Лайош В. Кемени, доктор медицинских наук, научный сотрудник по дерматологии в MGH.

В статье Science Advances Фишер, Кемени и многопрофильная группа из нескольких учреждений рассмотрели этот вопрос с двух точек зрения. В одном из этапов исследования они сравнили нормальных лабораторных мышей с мышами, у которых был дефицит витамина D (либо в результате специального разведения, либо путем исключения витамина D из своего рациона).

«Мы обнаружили, что регулирование уровня витамина D меняет несколько моделей поведения, вызывающих привыкание как к ультрафиолету, так и к опиоидам», — говорит Кемени.

Важно отметить, что когда мышей вводили умеренные дозы морфина, те, у кого дефицит витамина D, продолжали искать лекарство, что было менее распространено среди нормальных мышей. Когда морфин был отменен, у мышей с низким уровнем витамина D было гораздо больше шансов развить симптомы отмены.

Исследование также показало, что морфин более эффективно действует как болеутоляющее у мышей с дефицитом витамина D — то есть, опиоид имел преувеличенную реакцию у этих мышей, что может вызывать беспокойство, если это верно и для людей, говорит Фишер.

«Представьте себе хирургического пациента, который после операции получает морфин для снятия боли. Если у этого пациента дефицит витамина D, то эйфорический эффект морфина может быть преувеличен. И у этого человека больше шансов стать зависимым», — говорит Фишер.

Лабораторные данные, свидетельствующие о том, что дефицит витамина D увеличивает аддиктивное поведение, были подтверждены несколькими сопутствующими анализами медицинских записей. Один анализ показал, что пациенты с умеренно низким уровнем витамина D на 50% чаще, чем другие с нормальным уровнем, употребляли опиоиды, в то время как пациенты с тяжелым дефицитом витамина D на 90% чаще. Другой анализ показал, что пациенты с диагнозом «расстройство, связанное с употреблением опиоидов», чаще других испытывали дефицит витамина D.

«Когда мы скорректировали уровень витамина D у дефицитных мышей, их опиоидные реакции изменились и вернулись к норме. У людей дефицит витамина D широко распространен, но его легко и безопасно лечить с помощью недорогих пищевых добавок», — говорит он.

По словам Фишера необходимы дополнительные исследования в этой сфере, чтобы оказать влияние на опиоидную эпидемию.

Ранее Курсор писал, что ученые заявили, что витамин D не защищает от COVID-19. Способность витамина D защищать от тяжелого заболевания COVID-19 представляет большой интерес для экспертов в области общественного здравоохранения, но имеет ограниченные подтверждающие доказательства.

Читайте последние новости Израиля и мира на канале Курсора в Telegram.

Автор материала:
Таня Нати
ТЭГИ: