Новейший актив Кремля в гибридной войне — гангстеры

levamelamid Все новости, Пресса 15 Comments

«После кибератак с использованием вируса-вымогателя WannaCry, поразившего компьютеры по всему миру от России до Тайваня в прошлом месяце, некоторые указывали пальцем на Северную Корею. Вроде, она», — пишет в Foreign Policy Марк Галеотти, британский политолог.

Галеотти уточняет, что пальцем указывали на кибербанду Lazarus Group, связанную с атакой 2014 года на Sony Pictures и кражей 81 млн долларов из бангладешского банка. Журналисты связывали Lazarus Group с режимом Ким Чен Ына, и это понятно: Северная Корея годами пользуется услугами подобных преступников.

«Здесь королевство-отшельник в кои-то веки опережает остальных, — говорится в статье. — Но появляется все больше свидетельств, что и другие страны — в частности, Россия — стали чаще привлекать организованные преступные группировки как посредников, разведывательных агентов и иногда даже наемных убийц».

«Добро пожаловать в современную эпоху гибридной войны, когда даже преступление превращается в оружие», — пишет политолог.

«В конце концов, у гангстеров есть самые разные навыки и возможности, которые могут представлять ценность для разведывательных агентств и тайных операций в современном мире: это и неотслеживаемая перевозка товаров и людей через границы, и сбор средств для политических целей, и ликвидация неудобных врагов государства», — указывает автор.

«Некоторые случаи использования Россией преступников хорошо известны. Например, в захвате Россией Крыма и последующей необъявленной войне в украинском регионе, наряду с российскими спецподразделениями, участвовали местные бандиты, служившие так называемыми добровольцами самообороны. Точно так же многие российские кибератаки, особенно крупномасштабные, проходили с привлечением преступных хакеров. (Даже так: подразделение Федеральной службы безопасности, специализирующееся на кибершпионаже, вербовало хакеров, давая им выбор между тюрьмой и службой.)», — утверждает Галеотти.

«Однако по большей части такие спонсируемые государством организованные преступления менее заметны. Все больше случаев, особенно в Европе, когда местные контрразведки полагают, что гангстеры действуют как случайные агенты России. Некоторые работают на российское государство по своей воле. В других случаях преступники превращаются в агентов, сами того не зная: они думают, что просто оказывают услугу российской банде. Что касается остальных, им делают предложение, от которого невозможно отказаться. В недавнем отчете для Европейского совета по международным отношениям я назвал их «связанными с Россией организованными преступниками», подразумевая как этнических русских, так и представителей других национальностей (потому что многие из них грузины и тому подобное). У этих преступников есть деловые или личные интересы в России, и этим фактом Кремль может пользоваться как рычагом давления», — сообщает автор.

«Разумеется, в большинстве случаев прямые связи между преступниками и российским государством трудно установить. Иначе ради чего их нанимать? Но в некоторых случаях политически удобные паттерны очевидны. В Стамбуле российские гангстеры убили сторонников чеченских повстанцев, согласно турецкой разведке. На Украине всего несколько дней назад чеченец-бандит пытался убить командира антироссийского ополчения, — рассказывает Галеотти. — В Чешской Республике власти предупредили о связях между российской разведкой и сомнительными компаниями, причастными к коррупции и отмыванию денег. В Финляндии ведомственная охрана подозревает, что российские преступники покупают недвижимость в стратегически важных местах, чтобы наблюдать за военными объектами или даже нападать на них».

«Преступные хакеры, не завербованные непосредственно спецслужбами, используются как для кражи информации, так и для грубых кибератак. Путин даже намекнул, подмигивая, что такие «патриотически настроенные» киберпреступники могли стоять за взломом Национального комитета Демократической партии [США]», — говорится в статье.

Источник: Foreign Policy
ТЭГИ: