В массовой культуре представление об узком темном тоннеле, ведущем к ярчайшему сиянию, давно закрепилось в качестве главного символа перехода за предел земной жизни. Пациенты, пережившие остановку сердца или оказавшиеся на грани гибели, часто вспоминают свой путь по мрачному коридору навстречу ослепительному источнику света. Однако немало выживших описывают кардинально иные картины — бескрайние озаренные горизонты, мягкие пространственные изгибы или ощущение полного растворения в чистом свете.
Несмотря на такое многообразие, свежее исследование, опубликованное журналом ScienceAlert, выявило четкую закономерность в околосмертных переживаниях. Когда ученые попросили 50 человек с опытом клинической смерти нарисовать запомнившиеся пространства, выяснилось, что геометрия этих «потусторонних миров» напрямую связана с цветами, которые воспринимали пациенты.
Околосмертные переживания давно интригуют как общественность, так и научное сообщество, однако их систематическое изучение крайне затруднено. Люди описывают подобные состояния как глубоко личные,эмоциональные или духовные события, которые тяжело выразить обычными словами. Стандартные медицинские опросники способны зафиксировать лишь отдельные фрагменты — сам тоннель, свет, чувство выхода из тела — но они теряют полную пространственную картину и динамику движения.
Исследователь в области нейрофеноменологии Франс Лернер из Университета Хайфы в Израиле вместе с коллегами решила применить визуальный подход. Ученые предположили, что графические карты помогут выявить закономерности, которые неизбежно ускользают при словесном описании.
Команда привлекла к эксперименту 50 добровольцев, переживших клиническую смерть. Во время специальных онлайн-сессий участников просили поэтапно воссоздать свои воспоминания, используя систематизированный каталог геометрических пиктограмм. Каждый доброволец разделял пережитый опыт на отдельные фазы,фиксируя для каждой из них:
геометрию и форму пространства, в котором он находился;
собственное положение относительно этого пространства;
направление и характер своего перемещения;
цветовые оттенки, сохранившиеся в памяти.
Собраные графические «карты» были объединены в единую базу данных и подвергнуты сравнительному анализу.
Несмотря на уникальный и сугубо личный характер каждого случая, в рисунках участников регулярно повторялись одинаковые пространственные структуры. Нейрофеноменологи выделили четыре ключевые категории:
Конические пространства — включая классический «тоннель»;
Широкие изогнутые пространства — в виде арок, куполов или сводов;
Плоские пространства с мягкими изгибами;
Обволакивающие пространства — полностью окружающие наблюдателя, подобно внутренней поверхности сферы или овала.
Наиболее интересной оказалась корреляция между выбранной формой и цветовой гаммой. Из 28 воспроизведенных конических пространств 22 воспринимались участниками как ахроматические — то есть исключительно в черном, белом, сером цвете или в виде безликого света.
Напротив, из 31 широкого изогнутого пространства 27 были описаны как ярко окрашенные. Остальные две категории дали смешанную картину. По мнению авторов, столь разительный контраст между ахроматическими «тоннелями» и цветными «арками» указывает на специфические зрительные механизмы, активирующиеся в умирающем мозге.
Лернер и ее коллеги приводят в пример уже известные нейробиологии визуальные явления, которые частично напоминают рисунки пациентов. В частности, знаменитое «тоннельное зрение» возникать при резком нарушении снабжения сетчатки и головного мозга кислородом (гипоксии), когда поле зрения критически сужается к центру.
Доминирование черного, белого и серого оттенков в тоннелях также имеет аналог в классическом зрении. В условиях катастрофической нехватки освещения человеческие глаза теряют чувствительность к спектру, и ведущую роль начинают играть палочки — светочувствительные клетки, работающие в темноте.
В свою очередь, бесконечные обволакивающие пространства напоминают феномен, известный как эффект Ганцфельда. Когда человек долго смотрит на однородное, неизменяемое поле (например, равномерный свет без деталей), мозг начинает генерировать визуальные галлюцинации и необычные пространственные ощущения. При этом авторы подчеркивают: данные аналогии пока лишь описывают геометрию воспоминаний, но не доказывают их точные биологические причины.
Разработчики методики честно указывают на ряд существенных ограничений своей работы. Выборка из 50 человек была небольшой и самовыборной: в ней участвовали только те, кто сам проявил готовность поделиться опытом. Кроме того, добровольцы воспроизводили события, происшедшие много лет назад, а человеческая память со временем склонна к искажениям.
Набор предлагаемых пиктограмм также мог непреднамеренно направить участников к определенным формам, а присутствие исследователей на онлайн-сессиях могло внести косвенную предвзятость. Наконец, отсутствие контрольной группы (например, людей, описывающих галлюцинации при медитации или приеме психоделиков) не позволяет утвердительно заявлять, что найденные формы уникальны именно для момента смерти. Тем не менее визуальное картографирование впервые позволило научно описать пространственную структуру и цветовую палитру околосмертных переживаний.
Также "Курсор" рассказывал о том, какие 5 фраз выдают несчастного человека.