От блицкрига к выживанию – как изменились приоритеты Путина в войне
В начале полномасштабного вторжения в 2022 году российское руководство открыто провозглашало цели по взятию Киева, а также проведению так называемых «демилитаризации» и «денацификации» Украины. Однако спустя более двух лет войны цели Москвы претерпели существенные изменения. Согласно анализу Джека Бакби, опубликованному в National Security Journal, нынешние приоритеты Кремля кардинально сместились в сторону стратегии выживания и обеспечения внутренней безопасности.
Смена акцентов в риторике
Несмотря на то что диктатор Владимир Путин периодически заявляет о готовности к переговорам, аналитик отмечает, что такие предложения по-прежнему выдвигаются исключительно на условиях Москвы, с обязательным учетом так называемых «реалий на земле». Тем не менее, эксперт подчеркивает, что за этой риторикой скрывается осознание невозможности достижения первоначальных масштабных целей.
Фактор уязвимости российского тыла
Ключевым драйвером трансформации российской стратегии стали успехи Украины в проведении дальнобойных ударов. Целями атак все чаще становятся:
- военные объекты;
- нефтеперерабатывающие заводы;
- топливные базы;
- другая критически важная инфраструктура на территории рф.
Джека Бакби указывает на то, что интенсивность этих атак заставила российское командование пойти на вынужденную меру — переброску части систем противовоздушной обороны (ПВО) непосредственно с линии фронта для прикрытия стратегических объектов внутри страны. Этот шаг, по мнению эксперта, наглядно демонстрирует, что обеспечение безопасности собственного тыла стало для Кремля приоритетной задачей, которая зачастую вступает в противоречие с нуждами фронта.
Экономика и военная устойчивость
В заключение аналитик отмечает, что текущая стратегия российского руководства сфокусирована на попытках минимизировать последствия ударов, которые негативно влияют не только на военный потенциал, но и на экономическую стабильность России.
Ранее "Курсор" писал, что японо-украинское сотрудничество в сфере БПЛА стало для РФ болезненным сигналом, подтверждающим неэффективность попыток Москвы изолировать Киев.
