Что будет с Израилем, если США прекратят поддержку: взгляд аналитика на 2028 год

Доктор наук, востоковед и иранист Гершон Коган в своей колонке для «Сегодня» рассуждает о том, как может развиваться ситуация с Израилем в случае потери поддержки США. Он подчеркивает, что безопасность и выживание еврейского государства исторически были тесно связаны с поддержкой Вашингтона, и отсутствие этого влияния может радикально изменить международную и внутреннюю обстановку.

В 2025 году Израиль завершил первый этап сделки, активно продвигаемой Дональдом Трампом после войны с ХАМАСом, которая началась 7 октября 2023 года. Все живые заложники были освобождены, остаются 18 погибших, а взамен страна согласилась на освобождение около 2000 палестинских заключенных и временное отступление войск ЦАХАЛа внутри Сектора Газа. ХАМАС получил паузу: на территории формируется «технократическое правительство» под контролем международных посредников, а боевики должны разоружиться.

Трамп лично посетил Иерусалим, встречался с Нетаниягу и выступал в Кнессете, после чего отправился в Египет подписывать соглашение с американской стороны. Но это не завершение конфликта — лишь временная остановка, как это и подтвердили события 19 октября в Газе.

ХАМАС, хотя и загнанный в угол, сохраняет потенциал для перегруппировки, что делает перспективы сделки неоднозначными: укрепит ли она американский «зонтик» над Израилем или приведет к новому витку напряженности, покажет время.

Гершон Коган предлагает заглянуть в гипотетический 2028 год. Представим, что Трамп проиграл выборы, и к власти пришел левый лидер США, условно названный «Берни Сандерс 2.0». Эта фигура радикально меняет подход к Израилю: снимается вето США в Совете Безопасности ООН, прекращается ежегодная помощь в 3,8 миллиарда долларов, прекращаются поставки F-35 и разведданные. Уже в 2025 году политики вроде Александрии Окасио-Кортес и Ильхан Омар продвигают резолюции о «геноциде в Газе» и бойкоте израильских товаров. Общественное мнение США, особенно среди миллениалов и поколения Z, устало от «вечных войн» и склонно рассматривать Израиль не как союзника, а как источник проблем.

Без американского вето ООН превращается в арену давления на Израиль: арабские и мусульманские страны получают возможность проталкивать санкции, Европа, ведомая левыми, присоединяется к ограничительным мерам, включая торговые запреты и расследования по «апартеиду». В течение нескольких месяцев страна может оказаться международным изгоем, сравнимым с Южной Африкой 1980-х годов.

Однако Коган подчеркивает, что прямое сравнение с Родезией неверно. Израиль — не сырьевая страна с малочисленным населением. Евреи составляют 74–78 % внутри «зеленой линии», арабы — 20–21 %. С учетом территорий Иудеи, Самарии и Газы, евреи составляют 55–60 % против 40–45 % арабов. Израиль обладает современными вооруженными силами, ядерным арсеналом и развитой экономикой. Ключевое отличие от Родезии: технологический потенциал и международная диаспора, готовая поддерживать страну финансово и политически.

Сценарий санкций ударит по экономике: экспорт оружия и технологий снизится на 10–20 %, но есть буферные рынки — Азия, Африка, Латинская Америка. Хай-тек, стартапы и фармацевтические компании смогут адаптироваться, а Индия, укрепившая экономические связи с Израилем, станет стабильным партнером. ЦАХАЛ останется мощной силой с «Меркавой», «Железным куполом» и ядерным щитом (80–200 боеголовок), что делает агрессию против страны крайне рискованной.

Внутри страны возможен раскол: либералы будут настаивать на уступках, правые — на милитаризме. Однако исторические примеры показывают, что кризис способен сплачивать общество. Демографическая ситуация — преимущество: евреи сохраняют численное большинство, а рождаемость и алия обеспечивают стабильный рост населения.

Коган подчеркивает, что Израиль имеет ресурсы для выживания и даже укрепления позиций без традиционного американского «зонтика», если будет использовать гибкую дипломатию, диверсифицированные экономические связи и стратегическое планирование. Внутренние ресурсы, технологический потенциал, союзники на глобальном Юге и диаспора могут компенсировать потерю прямой поддержки США

В итоге, даже без главного покровителя, Израиль способен остаться крепостью, адаптироваться к новым вызовам и сохранить стратегическое влияние в регионе, сохранив свою экономическую, военную и демографическую устойчивость.

Ранее "Курсор" сообщал о том, от чего зависит финансовая стабильность Израиля.