Кто удержит власть в Иране после смерти Хаменеи – эксперт

После ликвидации верховного лидера Ирана Али Хаменеи политическая система страны оказалась перед серьезным испытанием. Однако, как считает почетный профессор ближневосточных исследований Австралийского национального университета Амин Сайкал в статье для The Conversation, это не означает автоматического краха режима. По его оценке, удар по руководству страны оказался болезненным, но не фатальным.

Эксперт напоминает, что иранская система власти изначально строилась с расчетом на кризисы. Ранее республика уже переживала гибель ключевых фигур и сумела сохранить устойчивость. По мнению Сайкала, в краткосрочной перспективе исламский режим, скорее всего, сохранится. Хаменеи заранее предусмотрел порядок преемственности на случай гибели высших должностных лиц, что должно снизить риск управленческого вакуума.

Согласно Конституции, нового верховного лидера назначает Ассамблея экспертов. В ближайшее время она должна собраться для определения временного или постоянного руководителя. Среди наиболее вероятных претендентов называют председателя судебной власти Голам-Хоссейна Мохсени-Эджеи, руководителя аппарата Хаменеи Али Асгара Хиджази и Хасана Хомейни — внука основателя Исламской Республики.

Сайкал подчеркивает, что режим обладает мощной системой самосохранения. Ключевую роль играет Корпус стражей исламской революции, чьи интересы тесно переплетены с существующей моделью власти. По оценке профессора, пока в силовом блоке не возникнет серьезных расколов, система способна выдержать давление. Он задается вопросом, возможно ли сейчас народное восстание, и отмечает, что принудительный и административный аппарат по-прежнему демонстрирует лояльность. Без внутренних трещин, особенно в КСИР, режим, вероятно, переживет этот кризис.

При этом убийство Хаменеи может иметь далеко идущие последствия. Он был не только политическим, но и духовным лидером, имевшим влияние на шиитские общины за пределами Ирана. Его гибель способна усилить настроения мести и спровоцировать волну радикальных действий как в регионе, так и за его пределами.

Военный ответ Тегерана последовал быстро. Иран нанес удары по объектам США и Израиля в районе Персидского залива с использованием ракет и беспилотников. По данным, часть атак достигла целей и нанесла ощутимый ущерб. Кроме того, КСИР заявил о намерении перекрыть Ормузский пролив — стратегический маршрут, через который проходит значительная доля мировых поставок нефти и сжиженного газа. В Вашингтоне пообещали не допустить блокады, однако аналитики признают, что у Ирана есть возможности осложнить судоходство, что может ударить по глобальным рынкам.

Сайкал считает, что расчеты Вашингтона и Иерусалима на ограниченный характер конфликта могли оказаться ошибочными. По его мнению, война уже фактически началась, а шансы на быстрое возвращение к переговорам невелики. Он отмечает, что США и Израиль добиваются смены режима, тогда как иранское руководство настроено любой ценой сохранить власть. Профессор подчеркивает, что конфликт может затянуться не на дни, а на недели, и его последствия окажутся масштабными для всего региона.

По оценке эксперта, действия администрации Дональда Трампа также несут сигнал внешним соперникам, прежде всего Китаю, о готовности США применять силу для защиты своих интересов. В свою очередь, израильский премьер Биньямин Нетаниягу стремится укрепить позиции своей страны как ключевого регионального игрока.

Таким образом, несмотря на устранение верховного лидера, Иран остается государством с глубоко институционализированной системой власти и мощным силовым ресурсом.

Ранее "Курсор" сообщал, что после вступления «Хизбаллы» в войну на стороне Ирана ЦАХАЛ перешел к тактике немедленной ликвидации политического и военного руководства группировки.