Турция вооружается, ЦАХАЛ истощен — оценка угрозы для Израиля

Напряженность между Израилем и Турцией выходит на новый уровень. На фоне усиления турецкого военного присутствия в Сирии и огромной нагрузки на ЦАХАЛ после трех лет войны Израиль вынужден заново оценивать темпы укрепления своей армии.

Об этом для ynet пишет военный обозреватель Йоси Йехошуа.

После израильского удара по базе Абу-ад-Духур в Сирии, нанесенного на фоне опасений по поводу углубления турецкого военного присутствия в стране, Министерство обороны Турции заявило, что Анкара продолжит помогать Сирии в создании ее военной инфраструктуры и укреплении военных возможностей. В Турции отрицают, что планировали создать на этом месте военную базу, однако не скрывают намерения и дальше расширять свое военное участие в Сирии.

Турция не является вражеским государством. Она относится к категории государств, отношения с которыми могут измениться. Ее интересы способны меняться, а сама страна уже сегодня представляет собой значительную военную державу, которая усиливает свое влияние в регионе.

Главная проблема уже находится внутри Израиля. После трех лет войны ЦАХАЛ вышел из нее с огромным износом запасов, систем вооружения и личного состава. Перед ним стоят Иран, Хизбалла, ХАМАС, Сирия и Йемен, причем каждое из этих направлений требует разных возможностей. При этом Израиль должен сохранять способность вести многфронтовую войну и не рассчитывать на то, что каждый фронт будет открываться отдельно.

Разрыв в сфере строительства военного потенциала уже стал очень серьезным. В оборонном ведомстве заявляют, что не могут раскрывать все детали, и это объяснимо. Часть информации касается запасов боеприпасов и ракет, часть — производственных возможностей, а часть — планов закупок. Но общий вывод очевиден: армия смогла продолжать воевать в течение нескольких лет, однако одновременно с войной она расходовала ресурсы, необходимые ей в будущем.

Именно поэтому спор о бюджете имеет такое значение. В Израиле обсуждается объявленная Нетаниягу десятилетняя программа укрепления армии стоимостью около 350 миллиардов шекелей. В Министерстве финансов предупреждали о ее масштабах, а в последние недели вновь появились сообщения о том, что Нетаниягу хочет открыть государственный бюджет, чтобы направить дополнительные средства на усиление армии.

В оборонном ведомстве, однако, говорят, что выделенные до сих пор деньги в основном предназначались для текущих расходов и ведения войны. Этого недостаточно. Средства на текущие расходы позволяют ЦАХАЛу продолжать использовать уже имеющиеся силы. С начала войны армия потратила более 100 миллиардов шекелей. Эти деньги идут на оплату службы резервистов, обслуживание самолетов, танков и кораблей, закупку необходимых сейчас боеприпасов и поддержание всей системы в рабочем состоянии.

Деньги на укрепление армии решают другую задачу: они создают военный потенциал, который Израилю понадобится через пять и десять лет. Они позволяют заказывать подводные лодки и корабли, расширять производственные линии по выпуску ракет и средств-перехватчиков, увеличивать запасы, закупать системы обороны, строить инфраструктуру и наращивать внутренние производственные возможности.

И здесь главным фактором становится время. Даже если завтра утром будет принято решение выделить все необходимые средства, новые системы не появятся на следующий день. В некоторых случаях между планированием, производством, поставкой и вводом техники в эксплуатацию проходят годы.

Каждый месяц без бюджетного решения означает новый перенос срока, когда необходимые возможности смогут стать оперативными. Американцы уже столкнулись с этой проблемой в войне против Ирана. США вступили в конфликт с запасами, значительно превышавшими израильские, однако интенсивное использование боеприпасов и ракет-перехватчиков быстро сократило эти запасы. Теперь американцам понадобятся годы, чтобы снова заполнить склады.

Для Израиля это должно стать тревожным сигналом. Нельзя рассчитывать на неограниченный «воздушный мост». США остаются важнейшим союзником Израиля, но у американцев также есть собственные склады, производственные линии и другие войны. В случае масштабной войны Израилю придется самостоятельно иметь запасы, которые позволят ему продолжать боевые действия в течение длительного времени.

Поэтому необходимо учитывать и вопрос промышленной независимости. Израиль должен увеличить внутреннее производство боеприпасов и ракет-перехватчиков, расширить производственные линии и создать более крупные стратегические запасы. Не потому, что Израиль хочет отказаться от США, а потому, что союз с Вашингтоном не может заменить ответственность Израиля за собственное военное строительство.

Теперь в эту картину добавляется Турция. Разрыв между двумя странами особенно заметен на море. Турецкий флот располагает 14 подводными лодками, 17 фрегатами и десятками других кораблей. Турция самостоятельно строит военные корабли и развивает передовые военно-морские возможности. У Израиля шесть подводных лодок и значительно меньший надводный флот.

При этом, отмечает автор, важно сохранять точность: отставание от Турции не является той проблемой, которую должен решить нынешний бюджет. Средства, которых не хватает прямо сейчас, прежде всего нужны для устранения уже существующих разрывов в возможностях против Ирана, Хизбаллы, ХАМАСа, Сирии и угрозы со стороны Йемена. Со всеми этими направлениями ЦАХАЛ уже воевал, на всех них он уже расходовал боеприпасы и ко всем им должен готовиться к следующей кампании.

Турция лишь добавляет новый элемент к общей картине и показывает, к чему может привести дальнейшее откладывание строительства военного потенциала. Государство, отношения с которым могут измениться и которое превращается в региональную военную державу, — именно такая причина, по которой военные возможности необходимо создавать заранее, а не в ответ на уже начавшийся кризис.

Есть те, кто считает, что Нетаниягу обостряет ситуацию с Турцией по политическим причинам. Однако на этот раз, пишет Йехошуа, это не так: именно ЦАХАЛ выступал за проведение операции в Сирии. Те, кто знает начальника Генштаба генерал-лейтенанта Эяля Замир и руководство ЦАХАЛа, отмечают, что они не позволяют политическому руководству втягивать армию в любую операцию без необходимости.

Примером является ситуация в Иудее и Самарии. Когда министр обороны Исраэль Кац потребовал продвинуть операцию по захвату еще одного лагеря беженцев, в ЦАХАЛе оценили оперативную необходимость такого шага и его цену.

Если армия считает, что в конкретной операции нет необходимости, она умеет об этом сказать. Начальник Генштаба не является «резиновой печатью». Поэтому и в вопросе Турции необходимо отделять политические соображения от реальной ситуации в сфере безопасности.

В конечном итоге ответственность снова ложится на Нетаниягу. Даже если Министерство финансов не выделяет необходимые средства, ответственность не может останавливаться на министре финансов или чиновниках ведомства.

Нетаниягу — премьер-министр. Именно он объявил программу укрепления армии. Именно он говорит об угрозах. И именно ему предстоит решить, будет ли Израиль готов к следующей войне, чтобы не повторился 7 октября.

Спор идет не о нескольких дополнительных миллиардах в оборонном бюджете. Речь идет о десятках миллиардов шекелей и о том, готов ли Израиль уже сейчас финансировать ту армию, которая понадобится ему через пять лет.

Турция, возможно, станет следующей угрозой. Но Иран, Хизбалла, ХАМАС и Сирия — это угрозы, которые уже находятся на столе. И если средств уже сейчас не хватает для устранения существующих разрывов, необходимо понимать: проблема с укреплением армии гораздо масштабнее, чем кажется из текущего бюджетного спора.

Ранее Курсор писал, что в США объявили о переходе войны с Ираном в новую фазу.