Аркадий Берин: «Я выбрал Израиль»

21 июля в концертном зале имени Генри Крауна прозвучат избранные сцены из оперы с участием ведущих солистов израильской оперной сцены. За дирижерским пультом — маэстро Аркадий Берин.

Его профессиональное становление связано с двумя великими дирижерскими школами: в Санкт-Петербургской консерватории он занимался у легендарного Ильи Мусина, в Московской — у Льва Гинзбурга. За годы международной карьеры Аркадий Берин выступал с ведущими симфоническими и оперными коллективами, дирижировал в Берлинской филармонии, Венском Концертхаусе, «Золотом зале» Музикферайна, амстердамском Консертгебау и на других крупнейших сценах мира.

Сегодня маэстро живет в Германии, но дома бывает нечасто: его гастрольный календарь расписан на месяцы вперед.

Накануне приезда в Израиль мы поговорили с Аркадием Бериным о его особом отношении к нашей стране, о первом детском потрясении от музыки, о встрече с Ильей Мусиным и, конечно, о предстоящем исполнении «Евгения Онегина».

— Аркадий, как Вы стали дирижером? Помните момент, когда впервые задумались об этой профессии?

— Мне было пять лет. Тогда в кинотеатрах показывали трофейные фильмы, привезенные после окончания войны. Мама впервые привела меня в кино.

Я помню темный зал. Мне было немного страшно. И вдруг на экране появляется прекрасный Венский лес, едет карета с красивой девушкой, на фоне пение птиц, стук колес — и начинает звучать вальс Иоганна Штрауса.

Мне стало так хорошо, что я совершенно забыл о своем страхе. Когда фильм закончился и мы выходили из зала, я сказал маме: «Знаешь, я буду дирижером».

Это может показаться красивой придуманной историей, но все было именно так.

— Вы сразу начали заниматься музыкой?

— В семь лет я самостоятельно, без родителей, пошел поступать в музыкальную школу. Начал с фортепиано, затем осваивал духовые инструменты, позже — некоторые струнные.

Это происходило в Гомеле. Уже когда я стал готовиться к профессии дирижера и начал работать в оркестрах, я старался изучать разные инструменты.

Играл на саксофоне, осваивал медные и деревянные духовые, а уже после двадцати лет, не стесняясь своего возраста, начал брать уроки игры на виолончели.

Дирижеру необходимо понимать природу каждого инструмента, знать возможности музыкантов и специфику разных оркестровых групп.

— Одним из Ваших главных учителей был Илья Александрович Мусин — человек, воспитавший целую плеяду выдающихся дирижеров. Как Вы с ним познакомились?

— К тому времени я уже окончил две консерватории, преподавал в Белорусской Академии музыки. Один из моих старших коллег сказал: «Вам обязательно нужно познакомиться с Ильей Александровичем Мусиным и показаться ему».

И я поехал в Ленинград. В классе Мусина всегда присутствовало много музыкантов разных возрастов. В то время Валерий Гергиев играл в классе на фортепиано, был концертмейстером.

Я ездил к Мусину на протяжении десяти лет. После того, как мы познакомились и он увидел мое стремление учиться, Илья Александрович предложил мне пройти у него ассистентуру-стажировку. Он сказал, что обучение в еще одной консерватории мне уже не нужно и лучше заниматься непосредственно дирижерским мастерством.

— Что было самым важным в его школе?

— В дирижировании существуют свои секреты. Представьте человека, который садится за руль автомобиля. Он должен знать, как начать движение, как переключать скорости, как затормозить. Одного желания водить машину недостаточно.

То же самое происходит в оркестре. Недостаточно просто махать руками или показывать ауфтакт. Нужно понимать внутреннюю пульсацию музыки, знать, каким именно движением добиться от оркестра необходимого звучания.

Именно такие тайны профессии раскрывал Мусин. Его школа давала не только техническое мастерство, но и понимание того, как через жест передать музыкантам свое внутреннее слышание партитуры.

— Вы сейчас постоянно работаете с каким-либо оркестром или преимущественно гастролируете?

— Сейчас я очень много езжу. Мой гастрольный график расписан на несколько лет вперед, и дома я бываю реже, чем в других городах и странах. Недавно выступал в Вене с Аидой Гарифуллиной, до этого — в Дюссельдорфе. Я регулярно работаю с известными европейскими оркестрами.

У меня были запланированы гастроли в Америке, но я решил выбрать Израиль и выступить с Иерусалимским симфоническим оркестром.