Блокада душит Иран — жесткий сценарий ждет уже через месяц

Блокада постепенно лишает Иран одного из главных источников доходов — экспорта нефти. Запасы нефти, которые страна успела вывести в Персидский залив и разместить на танкерах за пределами зоны блокады, быстро сокращаются, а вместе с ними уменьшаются валютные поступления и возможности экономики.

Об этом пишет Mako.

С середины июля Иран не смог вывести из-под американской морской блокады ни одной бочки иранской сырой нефти, сообщает The Wall Street Journal. При этом сокращается объем нефти, которую Тегеран успел вывезти в Персидский залив и разместить на танкерах за пределами зоны блокирования.

По данным компании Kpler, отслеживающей движение судов, объем иранской нефти на танкерах за пределами блокады снизился примерно с 90 млн баррелей в середине июля до 29 млн баррелей в настоящее время. Этот запас пока продолжает приносить Тегерану доход, однако быстро истощается. Если ситуация сохранится, нефть на танкерах может закончиться уже в середине октября.

Иран продолжает добывать нефть, но не может ее вывезти

Иран по-прежнему загружает нефть на танкеры, однако объемы значительно ниже тех, которые страна добывала до введения морской блокады. В августе Иран загружал на танкеры в Персидском заливе около 255 тыс. баррелей в сутки — на 85% меньше среднего показателя за февраль–апрель.

При этом новая нефть не доходит до покупателей. Загруженные партии остаются за линией блокады. По данным The Wall Street Journal, многие китайские покупатели иранской нефти уже начинают искать другие источники поставок и все меньше зависят от Ирана.

Перевозки по суше не способны компенсировать морскую блокаду. По оценке Kpler, Иран может перевозить грузовиками максимум около 40 тыс. баррелей нефти в сутки, тогда как до войны экспорт составлял почти 2 млн баррелей в сутки. Возможности железнодорожных перевозок также ограничены, в частности из-за нехватки вагонов, предназначенных для транспортировки сырой нефти и нефтепродуктов.

В результате блокада не только мешает Ирану продавать нефть, но и постепенно вынуждает страну сокращать ее добычу. В Kpler отмечают, что запасы нефти внутри Ирана существенно не выросли. Это указывает на то, что страна снизила добычу и подстроила ее под уровень внутреннего потребления.

Именно такой сценарий эксперты прогнозировали еще в начале блокады: если Иран не сможет вывозить нефть, его хранилища могут заполниться, и тогда Тегерану придется сокращать добычу. Это может привести и к закрытию нефтяных скважин, что способно нанести им необратимый ущерб.

Октябрь может стать переломным моментом

Следующий этап кризиса может наступить уже в ближайшие недели. Сейчас Иран продолжает поставлять около 1 млн баррелей нефти в сутки, большая часть которых направляется в Китай. Речь идет о нефти, загруженной на танкеры, покинувшие Персидский залив несколько недель или месяцев назад. Сегодня именно этот запас является единственным источником нефтяных поставок Ирана. По оценкам, он может закончиться к середине октября.

Однако даже после его истощения проблема не исчезнет. Поступления за уже доставленные партии нефти также начнут сокращаться и, согласно оценкам, могут полностью прекратиться к середине декабря. Получать эти деньги становится все сложнее из-за новых американских санкций, направленных против банков и финансовых каналов, через которые проходят сделки с Ираном.

Таким образом, Иран сталкивается сразу с несколькими последовательными ударами: сначала сокращается возможность экспортировать нефть, затем уменьшается запас уже находящейся в море нефти, вслед за этим снижаются возможности добычи, а затем может пострадать и способность получать оплату за уже поставленные партии.

Удар по главному источнику валюты

Последствия для иранской экономики особенно серьезны из-за значения нефтяных доходов. Обычно около трети государственного бюджета Ирана формируется за счет нефтяных поступлений. Продажа нефти также помогает финансировать армию, Корпус стражей исламской революции и весь аппарат безопасности режима.

Теперь главный источник иностранной валюты Тегерана сокращается именно в тот момент, когда стране нужны валютные средства для поддержки риала и оплаты импорта, включая сырье и материалы для предприятий. Дефицит иностранной валюты повышает стоимость импорта, усиливает инфляцию и создает дополнительное давление на риал и экономику страны.

Официальная инфляция в Иране уже превышает 80% в годовом выражении. Международный валютный фонд прогнозирует сокращение иранской экономики на 5,4% в этом году — это самое значительное падение с 1980-х годов. После того как в августе президент США Дональд Трамп объявил о кампании экономического давления на Иран, риал потерял почти 15% стоимости по отношению к доллару.

Страдает и нефтехимическая промышленность

Проблемы не ограничиваются нефтяным сектором. Нефтехимическая промышленность, являющаяся вторым по величине источником валютных доходов Ирана после нефти, также во многом зависит от морского экспорта.

По данным Kpler, к августу объем грузов, отправленных на экспорт, сократился примерно на две трети по сравнению с началом 2026 года. Таким образом, блокада постепенно затрагивает все больше источников поступления иностранной валюты в страну.

При этом Иран все еще способен экспортировать товары, не связанные с нефтью. Согласно иранским СМИ, с середины марта до середины августа объем такого экспорта составил почти $15 млрд, хотя это меньше, чем за аналогичный период прошлого года.

Но и здесь давление усиливается. Официальная торговля через ОАЭ в основном остановилась после того, как страна объявила в прошлом месяце о приостановке финансовых и экономических операций с Ираном. Часть торговли по-прежнему проходит через секретные компании.

Одновременно торговые потоки перемещаются через Турцию, Ирак, Оман и Пакистан. Однако использование этих маршрутов увеличивает продолжительность и стоимость торговли.

Иран угрожает новой эскалацией

Все эти факторы сводятся к двум главным вопросам. Первый — продолжит ли президент США Дональд Трамп экономическое давление на Иран, одновременно сохраняя большие объемы вывоза нефти из Персидского залива и относительно стабильную цену барреля, приемлемую для мировой экономики. Второй — заставит ли экономическое давление Иран смягчить свои требования или даже капитулировать.

Пока все оценки указывают на то, что Иран не намерен идти на уступки, несмотря на серьезнейший экономический вызов, возможно, самый тяжелый в его истории. При этом иранские официальные лица, в том числе президент Масуд Пезешкиан и председатель парламента Мохаммад-Багер Калибаф, неоднократно публично говорят о высокой цене, которую Иран платит, а также о необходимости завершить войну.

В последние дни Иран усиливает угрозы военными действиями, если американская морская блокада не будет прекращена. Заявления из Тегерана показывают, что страна испытывает серьезное давление из-за сложившейся ситуации. Иранские власти не скрывают, что могут возобновить боевые действия, в том числе против стран Персидского залива, пытаясь изменить ситуацию и не допустить дальнейшего экономического истощения в течение следующих месяцев.

Ранее Курсор писал, что Иран готовит зону отчуждения в Ормузском проливе.