Что означает уход Хаменеи "под землю" – оценка эксперта

Информация о том, что верховный лидер Ирана Али Хаменеи был переведён в специальное подземное укрытие в Тегеране, стала тревожным маркером изменения настроений внутри иранской власти. По данным источников, близких к государственным структурам Исламской Республики, речь идёт не о временной мере безопасности, а о включении резервного сценария управления на случай масштабного военного конфликта.

Об этом пишет ASPI News.

Сообщается, что Хаменеи находится в укреплённом бункере, соединённом системой тоннелей, который рассматривается как альтернативный центр принятия решений при прямой угрозе удара по столице. При этом часть его текущих функций, по данным Iran International, была делегирована третьему сыну аятоллы — Масуду Хаменеи, выполняющему роль основного посредника между верховным лидером и исполнительной вертикалью власти.

Поводом для столь радикальных мер, как считают в иранских политических кругах, стало резкое усиление военного давления со стороны США. После заявления Дональда Трампа от 23 января о передислокации американских военных кораблей в направлении иранских вод в Тегеране существенно возросли ожидания возможной прямой конфронтации. Сам Трамп тогда отметил:

«У нас есть много кораблей, которые направляются к Ирану. Я надеюсь, что нам не придётся их использовать», не уточнив, о каких именно действиях может идти речь.

Международный эксперт и первый вице-президент иранской оппозиции в Вашингтоне Али Реза Резазаде рассматривает уход Хаменеи «под землю» как принципиально важный индикатор. По его оценке, речь идёт не о символическом жесте и не об элементе пропаганды, а о признании реальной угрозы удара по ключевым центрам управления. Эксперт подчёркивает, что сама логика поведения руководства изменилась: вместо демонстративного сдерживания через жёсткую риторику режим переходит к модели физического выживания.

По мнению Резазаде, Иран фактически входит в состояние «бункерного государства», что свидетельствует об утрате прежней стратегической уверенности. Страна, которая долгие годы выстраивала образ регионального гегемона, всё чаще действует в логике осаждённой крепости, где приоритетом становится сохранение верховного руководства, а не проекция силы вовне.

На этом фоне официальные лица в Тегеране продолжают использовать крайне жёсткие формулировки. Власти публично заявляют, что любое нападение США будет расценено как объявление тотальной войны против Ирана. Более того, в иранских СМИ со ссылкой на парламентскую комиссию по национальной безопасности звучат утверждения, что возможное покушение на Хаменеи может стать основанием для объявления джихада.

Однако, как отмечает Резазаде, подобная риторика в первую очередь адресована внутренней аудитории и направлена на мобилизацию общества через сакральные и экзистенциальные образы. Реальное же состояние дел, по его словам, отражают не публичные заявления, а закрытые решения — в том числе физическая изоляция самого верховного лидера.

Эксперт также обращает внимание на региональные риски. По его оценке, переход Ирана в фазу стратегической обороны делает ситуацию на Ближнем Востоке особенно взрывоопасной: любой инцидент в Персидском заливе или на сопредельных фронтах может спровоцировать неконтролируемую эскалацию.

В целом нынешняя динамика, считает Резазаде, указывает на то, что противостояние между Ираном и США смещается из плоскости дипломатических сигналов в сферу военно-психологической готовности.

«Когда политическое руководство государства уходит под землю — это означает, что в реальности речь уже идёт не о сигналах, а о сценариях», — резюмирует эксперт.

Ранее "Курсор" сообщал, что США и Израиль приготовили режиму Хаменеи «сюрприз».

США и Израиль составили список представителей иранского режима, которые могут быть уничтожены в ходе возможной военной операции.