Сбежит ли Хаменеи в рф – эксперт о худшем варианте для диктатора

Британская газета The Times 5 января опубликовала сенсационный материал: западная разведка якобы располагает данными о наличии у Али Хаменеи запасного сценария на случай краха режима. Утверждается, что рахбар вместе с семьей и ближайшим окружением может быть эвакуирован в москву. Однако для Исламской Республики такой финал означал бы не просто потерю власти, а полное символическое самоуничтожение.

Об этом пишет для "Сегодня" Гершог Коган, доктор наук, востоковед и иранист.

Шаблон «московского убежища»

Слухи о бегстве в россию возникли не на пустом месте. В западном политическом воображении москва давно стала универсальным приютом для павших диктаторов. Этот шаблон подпитывается тремя громкими примерами:

• Виктор Янукович – нашел убежище в россии после событий 2014 года.

• Башар Асад – был экстренно вывезен в москву в декабре 2024 года, когда повстанцы вошли в Дамаск.

• Николас Мадуро – недавний захват лидера Венесуэлы американским спецназом в январе 2026 года показал, что без надежного плана эвакуации авторитарный лидер рискует оказаться на скамье подсудимых в США.

Несмотря на внешнее сходство, Али Хаменеи принципиально отличается от Асада или Мадуро. Его власть держится не на политических технологиях, а на сакральной конструкции.

Почему рахбар – не Мадуро и не Асад

Власть Николаса Мадуро была типичной латиноамериканской автократией, опиравшейся на лояльность армии и контроль над нефтью. Для него бегство было бы тактическим ходом для спасения личных активов. Башар Асад – светский диктатор, чья идеология не требовала физического присутствия лидера в стране для сохранения легитимности. Его отъезд в москву стал спасением жизни, но не идеологическим крахом всей системы.

Ситуация с Али Хаменеи иная. Он является носителем вилаят-е факих (власти правоведа) и попечителем уммы до прихода мессии – Двенадцатого Имама. В этой системе лидер и священная миссия неразделимы. Бегство для рахбара означает автоматическую утрату сакрального статуса. Центр, вокруг которого выстроена вся Исламская Республика, мгновенно перестает существовать, если он покидает пределы страны под давлением обстоятельств.

Теология жертвы против эвакуации

В шиитской традиции власть и самопожертвование тесно переплетены. Центральный образ этой культуры – Имам Хусейн, который предпочел мученическую смерть в Кербеле бегству или сдаче врагу.

• Сакральный выбор: Законный лидер стоит со своим народом до конца, даже ценой жизни.

• Символическая смерть: Спасенный рахбар в эмиграции (будь то Москва или любое другое убежище) превратился бы в живой символ капитуляции. Он потерял бы моральное право на лидерство, а «ось сопротивления» превратилась бы в цепочку лидеров, ищущих приюта у северного союзника.

Для Хаменеи трагическая гибель на своей земле стала бы апофеозом его пути – он стал бы «святым мучеником», символом для будущих поколений. Бегство же перечеркивает 37 лет его правления.

Информационная война и реальность

Вбросы о «московском плане» выполняют важную функцию в психологической войне. Публичное обсуждение эвакуации лидера вводит в массовое сознание мысль, что верховный правитель может дрогнуть. Это провоцирует сомнения у силовиков и элит: они начинают задумываться о собственных сценариях выживания.

Несмотря на продолжающиеся протесты, режим Исламской Республики неоднократно доказывал, что готов жертвовать экономикой, репутацией и жизнями граждан, но не фигурой рахбара. Смена власти в Иране возможна только через глубокий раскол внутри элит и силового аппарата (КСИР). Пока этого не произошло, любые слухи о бегстве остаются лишь инструментом давления.

Рахбар не может уехать в москву ни символически, ни теологически. Исламская Республика способна выживать под санкциями и без народной любви, но она не может существовать без сакрального центра внутри страны. Поэтому режим будет стоять до конца – не ради политики, а ради сохранения самой идеи своего существования.

Ранее "Курсор" сообщал о влиянии Израиля и США на протестное движение в Иране.