Знаменитый поэт Авром Суцкевер – лауреат премии Израиля и человек, которого называли "живой легендой" – скончался сегодня, 20 января, в возрасте 97-и лет. Об этом сообщает радиостанция "Коль Исраэль".
Суцкевер родился в 1913 году в Сморгони - местечке в окрестностях Вильнюса. Стихи Авром начал писать в 13 лет, сначала на иврите, потом на идише – причем идиш он никогда систематически не изучал.
С началом Второй мировой войны Суцкевер попал в Вильнюсское гетто. Авром сам копал себе могилу и его расстреляли, но он выжил. Раненый, он упал в яму вместе со своими мертвыми товарищами, его зарыли, но он выбрался.
Примечательно, что именно в гетто он организовал первую выставку тогда 10-летнего - а ныне знаменитого на весь мир - художника Самюэля Бака, которому он всячески помогал, добывал карандаши и проч.
В 1943 году поэт становится одним из главных лидеров антинацистского сопротивления. Его известность пересекает границы, и после нескольких неудавшихся попыток, советский военный самолет пересекает линию фронта и приземляется во вражеском тылу, чтобы перевезти его в Москву. Там его ждут Илья Эренбург и Борис Пастернак. Перед еврейским антифашистским комитетом, он рассказывает о восстаниях в гетто Варшавы и Вильнюса.
Интеллектуалы приглашают его остаться в СССР, поэты восхищены его поэзией, ему даже предлагают Сталинскую премию, но Авром Суцкевер отказывается от всего и решает, что его место – в сопротивлении.
Когда закончилась война, Суцкевер стал одним из ключевых свидетелей на Нюрнбергском процессе, и потом, в 1947 году, на борту корабля именуемого "Родина" он прибыл в Палестину – накануне рождения государства Израиль.
Все свои известные произведения – в основном о теме Холокоста - Суцкевер писал на идише, поскольку верил в возможность возрождения этого языка. Лауреат многочисленных премий, он до конца своей долгой и богатой на события жизни проживал в Тель-Авиве.
Несколько стихов Авраама Суцкевера:
ПОД ТВОИМИ БЕЛЫМИ ЗВЕЗДАМИ
Под белыми твоими звездами простри ко мне белую руку твою.
Мои слова - это слезы, хотят покоиться в твоей руке.
Смотри, меркнет их блеск в моем взоре из-под земли,
И нет ни уголка, где я мог бы отдарить тебя ими.
И все же хочу, боже милосердный, тебе доверить свое достояние,
Ибо вздымается пламя во мне, и в пламени дни мои.
Но рыдает в подвалах и ямах убийственная тишина.
Бегу я выше, через крыши, и ищу, где же ты, где?
Имена меня преследуют, как безумные, воют ступени, дворы,
Повис я, словно порванная струна, и так пою тебе:
Под белыми твоими звездами простри мне белую руку твою.
Мои слова - это слезы, хотят покоиться в твоей руке.
ЭПИТАФИИ
Вот что написано на доске вагона:
Тот, кто когда-нибудь жемчуг найдет,
Что нанизан на кроваво-красную шелковинку,
И что становится у шеи всё тоньше,
Словно жизни путь,
Пока в тумане не исчезнет
Незаметно -
Кто найдет тот жемчуг,
Пускай тот знает, что он прохладно освещал
Сердце - восемнадцатилетнее, нетерпеливое -
Парижской танцовщицы Мари.
Теперь меня везут в неведомую Польшу -
И я бросаю жемчуг мой через решетку.
Если юноша найдет его -
Пусть жемчуг его милую украсит.
Если девушка найдет его -
Пускай наденет, он ей принадлежит.
Если же старик найдет его, -
Пускай за жемчуг вознесет молитву.
Люди! Тот, кто нацарапал эти строки, - Ариэль Бланк,
За стиль и содержание рекламных объявлений редакция ответственности не несет.
Редакция не вступает в переписку с авторами. Рукописи не рецензируются и не возвращаются.
Мнения, высказанные в авторских материалах, не всегда совпадают с мнением редакции.