Сценарий кошмара для Нетаниягу — что будет без 61 мандата
Драма, развернувшаяся в те минуты, когда самолет Flydubai исчез с радаров, стала одной из самых серьезных с точки зрения безопасности за последние годы. Когда самолет передал код 7500 — международный сигнал бедствия, указывающий на угон, — а затем исчез с радаров над Саудовской Аравией, в Израиле поняли, что происходит чрезвычайное событие исторического масштаба.
Об этом для Maariv пишет журналист Мати Тухфельд.
На экстренных совещаниях по вопросам безопасности сразу же рассматривался самый экстремальный и реалистичный сценарий: захваченный самолет примерно со 170 пассажирами, большинство из которых были израильтянами, возвращавшимися домой, не разбивается в саудовской пустыне, а направляется в воздушное пространство Израиля, чтобы совершить теракт по сценарию 11 сентября. Самолет мог намеренно врезаться в переполненную башню или правительственное здание в центре Тель-Авива, а находившиеся на борту пассажиры в одно мгновение становились второстепенной целью. На земле могли оказаться сотни пострадавших — возможно, еще больше.
Перед руководством страны возникла дилемма, с которой не должен сталкиваться ни один человек. В конечном итоге она легла бы на плечи одного человека — премьер-министра: отдать самый страшный приказ и поручить уже поднятым в воздух истребителям ВВС перехватить самолет с израильтянами — родителями, детьми, целыми семьями — и сбить его, чтобы предотвратить еще большую катастрофу на земле, или не открывать огонь и рискнуть тем, что самолет рухнет в центре израильского города?
На протяжении долгих минут рассматривались различные сценарии, а главным становилось понимание того, что любое принятое решение будет необратимым.
Именно в этот момент лидер оппозиции Яир Лапид сформулировал пост в социальной сети X. «Поясняю. Ничего даже отдаленно похожего на сегодняшнюю ситуацию с самолетом не было в вечернем брифинге по безопасности с премьер-министром. Ни намека, ни упоминания, ничего похожего. Вся эта кампания, которую сейчас ведут рупоры, лишь доказывает то, что было понятно еще вчера: они снова пытаются заниматься дешевой политикой за счет безопасности Израиля. Безответственная компания», — написал он.
Лапид был не единственным. В разгар драмы, когда пассажиры рейса еще находились на территории Саудовской Аравии, а правительство и система безопасности прилагали усилия, чтобы благополучно вернуть их домой, Авигдор Либерман после почти суток молчания решил высказаться.
«У нас правительство, которое дает поддержку уклонистам и бросает солдат. С радостью принимают дезертиров целыми шествиями, а до сих пор никто из коалиции Биби, Гольдкнопфа и Дери не осудил плакаты, на которых ЦАХАЛ называют вражеской армией, самих дезертиров или деньги, которые им раздавали. Это моральное банкротство, пренебрежение безопасностью государства ради политических и секторальных интересов. Представьте, какое будущее нас ждет с правительством Гольдкнопфа и Дери. Это партнеры Нетаниягу, без них у него нет правительства», — заявил Либерман.
Автор отмечает, что оппозиция делает все возможное, чтобы события в сфере безопасности не определяли повестку дня. Несмотря на то что лидер крупнейшей партии блока был начальником Генштаба, а среди его участников есть бывший глава ШАБАКа, два бывших премьер-министра и бывший министр обороны, все понимали, что повестка, связанная с безопасностью, будет выгодна Нетаниягу.
Тухфельд считает это несколько странным для тех, кто постоянно обвиняет премьер-министра в пренебрежении безопасностью и обещает добиться того, чего, по их мнению, он не смог добиться. Поэтому, по его словам, неудивительно, что Лапид и Нафтали Беннет отреагировали, когда Нетаниягу заявил о возможной эскалации в сфере безопасности перед выборами. Они поспешили высмеять это заявление и вновь вывести на первый план тему призыва ультраортодоксальных евреев в армию. Это произошло и в совместном заявлении перед встречей, и ровно через две минуты после нее. Однако, как пишет автор, это не сработало.
Встреча с Лапидом была назначена на глубокую ночь, из-за чего в течение всего дня заголовки были сосредоточены на новых угрозах безопасности: существуют ли они, насколько реальны и не являются ли частью пропаганды. По мнению Тухфельда, одной фразы оказалось достаточно, чтобы вывести всю политическую систему из равновесия и заставить ее обсуждать тему, которую хотел обсуждать Нетаниягу, тогда как остальные пытались догнать события.
Затем произошла попытка захвата самолета. Огромное везение и находчивость пассажиров позволили избежать того, что автор называет возможной катастрофой мирового масштаба. В результате на первый план вышли не только вопросы безопасности, но и крупные международные темы — соглашения Авраама, глобальный терроризм и отношения Израиля с Саудовской Аравией.
Несмотря на холодную реакцию, которую автор приписывает саудовской стороне, и отказ разрешить посадку израильских военных или гражданских самолетов, включая El Al, на территории Саудовской Аравии, новость о благополучной посадке и нахождении пассажиров под защитой наследного принца стала облегчением для всех.
Еще несколько лет назад вынужденная посадка самолета с израильтянами на территории враждебного государства могла бы стать травмирующим событием, приведшим всю израильскую систему безопасности к максимальному уровню напряжения. Сегодня, пишет Тухфельд, ситуация изменилась.
Хотя Саудовская Аравия официально по-прежнему считается недружественным государством и у Израиля с ней нет дипломатических отношений, ситуация стала совершенно иной. По мнению автора, ни у кого не было сомнений, что вынужденная посадка в Табуке стала началом спасения израильских пассажиров, а не началом нового кошмара.
Тухфельд связывает это с изменениями на Ближнем Востоке за последние годы — после подписания первых соглашений Авраама и войны Израиля в Секторе Газа, а также боевых действий и ударов по инфраструктуре противников Израиля в Газе, Ливане, Сирии и Иране.
Автор считает, что политическую повестку можно попытаться перенаправить, а при сотрудничестве со многими СМИ иногда и добиться этого. Однако, по его словам, трудно победить реальность и главный вопрос, который через три недели предстоит решать избирателям.
Кампания, которая теряет силу
После почти месяца агрессивной кампании вокруг вопроса о том, какие предупреждения получил или не получил Нетаниягу накануне нападения, автор оценивает ее эффективность как ограниченную.
По его версии, те, кто убежден, что Нетаниягу виноват во всех проблемах Израиля и давно решил поддержать одну из оппозиционных партий, чтобы добиться его ухода, достаточно легко приняли версию о том, что премьер-министр действительно получил предупреждения в режиме реального времени и ничего с ними не сделал.
В этой группе, пишет Тухфельд, за последний месяц сформировалось единое представление: Нетаниягу якобы знал накануне нападения о его скором начале, но ничего не предпринял. При этом, согласно этой версии, глава ШАБАКа, глава военной разведки АМАН, министр обороны и начальник Генштаба якобы ничего не знали именно потому, что Нетаниягу не сообщил им полученную информацию.
Автор утверждает, что если целью кампании были люди, уже убежденные в этой версии, то они не нуждались в новых публикациях, чтобы выступить против Нетаниягу на выборах.
Однако, по мнению Тухфельда, проблема организаторов кампании заключается в том, что произошло с другой частью электората. Те, кто поддерживает Нетаниягу и продолжил делать это после 7 октября три года назад, уже определились со своим выбором и, вероятно, сохранят его до выборов.
Но у тех, кто не был особенно убежденным сторонником премьер-министра, сообщения и сопровождающие их, как считает автор, слабые доказательства могли вызвать противоположный эффект.
Тухфельд резко характеризует эту кампанию, утверждая, что она воспринимается частью аудитории как поток публикаций с сомнительной достоверностью, вырванных из контекста высказываний и материалов, которые уже опровергались с разных сторон. По его версии, очередное громкое «раскрытие» быстро теряет актуальность и спустя несколько часов исчезает из повестки.
В результате, пишет автор, часть этих избирателей может еще сильнее приблизиться к Нетаниягу или, как минимум, к одной из правых партий, которые входят в его политический блок.
По мнению Тухфельда, они не верят представленной версии событий, несмотря на постоянный поток публикаций. Это, в свою очередь, отдаляет их от лидеров партий, которые, как считает автор, должны восприниматься как серьезные политики с самостоятельным видением и лидерскими качествами, но вместо этого оказываются в том, что напоминает избирателям повторение прошлых громких политических дел.
В центре внимания — Кнессет
После праздников предвыборная кампания, по прогнозу автора, вновь наберет полную силу. При этом он отмечает, что и сейчас она никуда не исчезла, но ее пик, вероятно, еще впереди.
Тухфельд пишет, что оппозиционный блок подходит к этому этапу более подготовленным: все его партии, согласно приводимой автором оценке, преодолевают электоральный барьер. Еще одним фактором он называет блок примерно из 12 мандатов арабских партий.
Традиционно в опросах арабские партии не включают в левый лагерь, а рассматривают как отдельный блок. Однако на этот раз, по мнению автора, ситуация может быть иной.
Ахмад Тиби заявил, что Объединенный список на этот раз сделает то, чего не делал никогда раньше. Мансур Аббас уже объявляет о готовности войти в правительство. Его заместитель Йоав Сегалович успел выразить недовольство тем, что его не пригласили на встречу лидеров оппозиции в прошлую субботу вечером, и считает себя неотъемлемой частью этого лагеря, независимо от позиции Либермана и Беннета.
Именно этот политический сценарий, пишет Тухфельд, лежит в основе обсуждений между различными частями оппозиции на случай, если Нетаниягу не получит 61 мандат. Автор отмечает, что, по их оценке, такой результат возможен.
Первым и непосредственным шагом станет попытка установить контроль над Кнессетом путем замены его спикера Амира Оханы на своего кандидата. Если это произойдет, нынешняя коалиция сразу потеряет возможность влиять на повестку дня, голосования и законодательство, а также на назначение председателей и членов парламентских комиссий.
Следующим этапом станет обеспечение сотрудничества арабских фракций — фактически создание коалиции без полноценной коалиции на этом этапе. Для этого могут использоваться различные законопроекты и бюджетные решения в пользу арабских фракций, включая РААМ и Объединенный список.
Также парламент может одобрить создание государственной следственной комиссии еще до формирования нового правительства.
Согласно описанному автором сценарию, новая коалиция попытается принять законы, которые окончательно выведут Нетаниягу из политической игры. Закон, запрещающий премьер-министру занимать должность при наличии обвинительного заключения, в прошлый раз был заблокирован представителями той коалиции, прежде всего Айелет Шакед, которая наложила вето. На этот раз, предполагает Тухфельд, препятствовать этому будет некому.
Лишь после этого начнутся коалиционные переговоры о формировании правительства. Здесь все будет зависеть от полученного большинства и степени опоры на арабские партии: будет ли достаточно РААМ, как в прошлый раз, или потребуется также Объединенный арабский список.
В оптимистичном для оппозиции сценарии, описанном автором, будет сформировано стабильное правительство. После того как его участники договорятся о кандидатуре премьер-министра, оно начнет работу, рассчитывая, что тем временем Ликуд распадется и, возможно, Нетаниягу уйдет из политики — если законы, принуждающие его к уходу, действительно будут приняты и получат одобрение БАГАЦа.
В более неблагоприятном для этого блока сценарии стороны поймут, что из-за результатов выборов сформировать стабильное правительство невозможно и оно закончит так же, как предыдущая неудачная попытка. Тогда они заранее договорятся о новых выборах в согласованные сроки, а правительство будет сформировано главным образом для отстранения Нетаниягу и фактически станет переходным с первого дня.
Иными словами, если правый блок не получит на этот раз 61 мандат, то, согласно сценарию, который описывает Тухфельд, у премьер-министра будет крайне мало возможностей помешать своей замене и возможному окончательному отстранению от власти.
При этом наиболее обсуждаемый сейчас, с учетом результатов опросов последних недель, сценарий отсутствия решающего большинства и проведения еще одного раунда выборов — а возможно, и нескольких подряд, как в 2019–2020 годах, — может выглядеть для Нетаниягу почти благоприятным вариантом по сравнению с тем сценарием, который автор считает наиболее тяжелым.
Ранее Курсор писал, что разрыв между блоками Нетаниягу и оппозиции сократился, показал опрос.
