Израиль изменил положение на Ближнем Востоке, но есть нюанс — оценка

За три года войны Израиль добился заметных военных результатов и изменил расстановку сил в регионе. Однако автор считает, что страна так и не разобралась глубоко в провале 7 октября и не устранила его причины.

Об этом для Maariv пишет Ави Ашкенази.

С момента того страшного утра 7 октября 2023 года прошло 1096 дней. В тот день ЦАХАЛ и государство Израиль потерпели тяжелое поражение. Прошли долгие часы, прежде чем ЦАХАЛ и система безопасности смогли остановить ХАМАС, который вторгся на израильскую территорию, убивал, насиловал, грабил и сжигал населенные пункты, военные позиции, полицейские участки и базы ЦАХАЛа. ХАМАС захватил и удерживал целый участок территории. Все это произошло внезапно, на фоне того, что на ключевых уровнях израильской системы — от премьер-министра и министерства обороны до Совета национальной безопасности, ЦАХАЛа, военной разведки АМАН и ШАБАКа — решения принимали люди, которых автор называет небрежными и в некоторых случаях непрофессиональными.

По мнению Ашкенази, организационная культура ЦАХАЛа и других государственных структур была и остается проблемной. Он пишет о высокомерии, недостатке скромности и недооценке противника, а также о характерном для Израиля подходе «как-нибудь выкрутимся»: убеждении, что страна всегда сможет приспособиться к обстоятельствам и в итоге выйти из ситуации без серьезных последствий.

Автор отмечает, что именно на этой неделе, почти через три года после резни 7 октября, Израиль получил тревожное напоминание о том, что прежние проблемы могут повториться. «То, что было, будет и впредь», — так Ашкенази описывает этот вывод.

По его словам, политическое руководство и система безопасности так и не извлекли необходимых уроков из катастрофы. История с рейсом Flydubai 1073, пишет автор, стала своеобразным зеркалом этой реальности и еще одним свидетельством того, что проблемы с безопасностью не были устранены.

За три года Израиль воевал сразу на семи направлениях: в Газе, Ливане, Сирии, Йемене, Иудее и Самарии, Ираке и Иране. Цена войны, отмечает Ашкенази, оказалась тяжелой и огромной. С начала войны и по сегодняшний день погибли 1318 представителей израильских сил безопасности: 1153 военнослужащих ЦАХАЛа, включая 43 членов отрядов гражданской обороны, 116 сотрудников полиции Израиля, девять сотрудников ШАБАКа, пять сотрудников пожарно-спасательной службы и 11 сотрудников Управления тюрем Израиля. Кроме того, погибли 1200 гражданских лиц, а тысячи людей получили физические и психологические травмы.

Изменил ли Израиль свое стратегическое положение после трех лет войны? Ашкенази отвечает утвердительно, но сразу добавляет к этому большой нюанс.

С тактической точки зрения ЦАХАЛ сейчас занимает оборонительные позиции в Газе, Ливане и Сирии. По оценке автора, армия смогла изменить соотношение сил в противостоянии с наиболее сильными противниками, прежде всего с Ираном, Сирией, Хизбаллой в Ливане, а также террористическими организациями ХАМАС и «Исламский джихад» в Газе.

ЦАХАЛ также смог частично разрушить созданную Ираном региональную систему союзников и партнеров. Центральным событием Ашкенази считает падение режима Башара Асада в Сирии. Этому, по его словам, предшествовало убийство лидера Хизбаллы Хасана Насраллы и ряда высокопоставленных представителей организации.

Израиль, пишет автор, правильно поступил, захватив большую часть территории Сектора Газа. ЦАХАЛ нанес удар по подземной инфраструктуре, которую Ашкенази называет сердцем действующих в Секторе Газа организаций. Кроме того, армия уничтожила значительную часть вооружений, использовавшихся против Израиля из Сирии, Ливана со стороны Хизбаллы, Ирана и, конечно, Сектора Газа.

Однако военные достижения Израиля не удалось превратить в соответствующие дипломатические шаги. Именно здесь, считает Ашкенази, находится главная ответственность премьер-министра Биньямина Нетаниягу и возглавляемого им правительства.

Автор связывает эту неудачу с политическим устройством правительства. По его мнению, Израиль не создал необходимые военно-политические и экономические союзы и в результате оказался изолирован от значительной части мира. Ашкенази отмечает, что даже футбольные и баскетбольные команды не хотят приезжать играть в Израиль.

При этом Израиль, как пишет автор, не готов в полной мере извлекать уроки из провала 7 октября. Государственная комиссия по расследованию так и не была создана, а руководство страны превратило произошедшую катастрофу в предмет политического спора.

Ашкенази приводит сравнение с водителем, который во время поездки видит, что на приборной панели автомобиля загорелась оранжевая предупредительная лампочка, но предпочитает ее игнорировать и продолжает движение. На следующий день он поступает так же, потому что автомобиль продолжает ехать. Однако спустя несколько дней, когда машину так и не проверили в сервисе, во время поездки по пустыне или подъема на Хермон загорается уже красная лампочка. Машина останавливается, из-под капота идет дым, а вокруг распространяется запах горящей резины или пластика.

По мнению Ашкенази, Израиль не пытается глубоко разобраться в провале, не ищет способы исправить то, что требует исправления, и не осуждает токсичную общественную риторику. «Система безопасности и политическое руководство сохранили высокомерие и метод “как-нибудь — все будет хорошо”», — пишет автор.

Он также указывает на проблемы с ресурсами и оснащением армии. Когда государство тщательно считает каждый шекель и не закупает новые виды вооружений, ударные вертолеты, корабли, боевые самолеты, танки и бронетранспортеры «Намер», а военнослужащих срочной службы изматывают до предела и относятся к резервистам как к ресурсу, который можно бесконечно использовать снова и снова, словно у них нет жизни за пределами армии, это, по словам Ашкенази, и есть тот самый большой нюанс, который необходимо учитывать при оценке того, изменилось ли стратегическое положение Израиля после кровавого утра 7 октября.

Ранее Курсор писал, что в Израиле готовятся к новой атаке – что известно о планах ЦАХАЛа.