Евровидение-2019 — лебединая песня агонизирующего левого лагеря в Израиле

У израильских либералов-леваков не так много поводов для патриотической гордости и радости, а со временем таких событий становится все меньше.

Израильские либералы могут преуспевать в личной жизни, но на национальном уровне недавняя победа на выборах Биньямина Нетаниягу и наступление правого лагеря на демократию и верховенство закона заставляет их чувствовать себя подавленными и фактически безутешными.

Большинство израильтян, включая более значительный процент представителей правого лагеря, главным образом ликовали из-за того, что песенный конкурс, который смотрят 200 миллионов зрителей, а оппоненты выставляют как парад безвкусицы, прошел без сучка и задоринки. Эксперты и поклонники назвали израильское шоу самым зрелищным за 63-летнюю историю.

В Израиле уже сформировалась традиция становиться первопроходцем в использовании технических инноваций «Евровидения». Страна впервые участвовала в конкурсе в 1973 году. Тогда она стала первым государством, подключившимся к ежегодному торжеству по спутнику. В 1979 году Израиль впервые принял конкурс у себя. На этот раз он связал по спутнику все страны-участницы. Однако субботнее представление превзошло все: благодаря сочетанию высокотехнологичной магии, передовых компьютерных визуальных эффектов и любви Израиля к риску получилось создать почти безупречное представление, которое приковывало взгляд намного сильнее, чем песни конкурсантов — слух.

Большинство израильтян были рады тому, что ни одна из стран-участниц не поддалась общественному давлению в лице движения за бойкот, отказ от инвестиций и санкции (BDS), призывавшее не ехать в Тель-Авив. Несмотря на намеренные усилия правительства выставить движение как угрозу существования государства, сторонникам бойкота не удалось заставить отказаться от участия ни одну страну. Сорок лет назад, когда Израиль принимал свое первое Евровидение после победы годом ранее, Турция, тогдашняя Югославия и ряд арабских государств отказались ехать.

Если не все, то большинство израильтян также радовались открытому торжеству сексуального разнообразия, которое стало одним из отличительных признаков Евровидения за последние десятилетия и областью, в которой Израиль оставил неизгладимый след.

Победив в 1998 году, певица Дана Интернэшнл произвела революцию в отношении к трансгендерам по всей Европе. В прошлом году голос буйной Неты Барзалай придал пусть и шутливое, но отчетливое звучание движению #ЯТоже (#MeToo). Менее известное знаковое событие произошло в 2000 году, когда один из участников группы «Пинг-понг» (PingPong), представлявшей Израиль, стал размахивать сирийским флагом в поддержку мирного процесса — сегодня такая акция кажется странной. Однако важнее то, что два участника группы стали первыми мужчинами-геями, пусть и мимолетно, но поцеловавшимися на Евровидении. Их поведение встревожило израильское управление телерадиовещания, и под давлением правительства ведомство отказалось признавать группу PingPong своим представителем. В итоге в Стокгольм, где проходил конкурс, участники группы поехали в от своего имени.

В 2019 году конкурс полностью оправдал прозвище «Евровидения» — «Олимпиада для геев» — и соответствовал имиджу Израиля как страны, где толерантно относятся к представителям нетрадиционной сексуальной ориентации. Один из четырех израильских ведущих Аси Азар — выдающийся гей-активист. Среди участников был мусульманин-гей, а также исландская панк-рок-группа «Хатари», поддерживающая ЛГБТК и продвигающая БДСМ. А в перерыве перед зрителями выступила импровизированная группа из бывших победителей Евровидения, куда вошел мужчина кросс-дрессер с бородой, российская дрэг-квин и швед, который когда-то высмеивал геев и с тех пор раскаивается. Вишенкой на торте стало выступление главной иконы гей-сообщества — Мадонны. К сожалению, ее представление, состоявшее из двух песен, омрачилось неудачными попытками легендарной певицы попасть в тон.

Как и ожидалось, сторонники BDS обвинили Израиль в том, что он эксплуатирует тему терпимости к сексуальному разнообразию для отвода внимания от оккупации, но, по крайней мере, в этом случае они все неправильно поняли. Открытая демонстрация сексуальной терпимости во многих отношениях была криком протеста со стороны столицы либерального Тель-Авива против правительства, которое считается все более консервативным, теократическим и не склонным к защите равенства геев. На самом деле критики правительства особенно радовались успеху конкурса именно из-за недовольства руководства страны мероприятием в целом.

Провокационное зрелище расстроило ультраортодоксальных политиков, которые выступили против осквернения шабата подготовкой к субботнему мероприятию. Более того, многие восприняли Евровидение как воинственный крик против Нетаниягу. В последние годы премьер безуспешно пытался прекратить работу организатора конкурса — Израильской общественной корпорации телерадиовещания «Кан».

Опасаясь гнева Нетаниягу, министры нарушили традицию и отказались субсидировать песенный конкурс, вынудив «Кан» набрать кредитов на сумму почти 100 миллионов шекелей (28 миллионов долларов), которые организация не может себе позволить. Молитвы окружения Нетаниягу о провале «Кан», который бы помог лидеру страны закрыть компанию, остались без ответа. Теперь они надеются, что потенциальное банкротство позволит премьеру осуществить роковой госпереворот.

Несмотря на широкое осуждение со стороны правого лагеря, представители левого политического спектра тоже могли остаться довольны небольшим политическими протестами со стороны двух людей из подтанцовки Мадонны, которые прикрепили к рубашкам израильский и палестинский флаг, а также исландской группы, которая размахивала палестинским флагом во время подсчета голосов. Эти жесты не только запрещены правилами Европейского вещательного союза, который наблюдает за соревнованиями, но и практически исчезли с израильской общественной арены.

Даже невзрачное выступление израильского участника Коби Марими не омрачило либерального ликования. Для левоцентристского лагеря четырехчасовая феерия стала краткой, но болезненной демонстрацией той страны, которую они нежно любят, но уже начали оплакивать. Их подразнили либеральной открытостью, которая изобличила не только израильские реакционистские тенденции, но и усилия страны по созданию образа враждебной Европы.

Однако за коротким отрезком либерального экстаза последовала мучительная агония, которая началась сразу после окончания конкурса в два часа ночи в воскресенье. Спустя несколько часов на еженедельном заседании правительства Нетаниягу выразил слова поддержки Марими и поздравил победителя из Нидерландов Дункана Лоуренса, но демонстративно воздержался от похвалы продюсерам и режиссерам «Кан» за, несомненно, самое большое и трудное публичное мероприятие в истории Израиля.

После этого Нетаниягу вернулся к переговорам о формировании новой коалиции, в которой ультраортодоксальные партии, как ожидается, поработают над тем, чтобы не оставить места для лазеек, позволивших провести Евровидение в субботу вечером. Таким образом, Евровидение-2019 может войти в историю не только как неожиданное проявление неповиновения со стороны редеющего израильского либерального лагеря, но и как пылкая лебединая песня, сигнализирующая о его скорой кончине.

Чеми Шалев

Haaretz

По материалам ИноСМИ

ТЭГИ:
Загрузка...