«Фиаско»: Бен Каспит рассказал о главной драме вокруг неудавшегося удара по ХАМАСу в Катаре

Вопреки сообщениям The Washington Post, глава Моссада Дади Барнеа не “отказался выполнять приказ”. В израильской системе такого быть не может: если руководитель спецслужбы получает распоряжение и решает его не выполнять, он обязан уйти в отставку. Барнеа может спорить и выражать мнение, но отказаться от исполнения приказа — нет.

Об этом пишет Бен Каспит в статье для Maariv.

Американское издание утверждало, что его отказ провести операцию силами агентов Моссада привел к решению атаковать с воздуха. Однако это не соответствует действительности. Обсуждались разные варианты, но выбор был сделан заранее. Когда принято решение действовать немедленно, наземная операция невозможна — она требует долгой подготовки. Самолеты же можно поднять в воздух сразу.

Главная драма в другом. Моссад не участвовал в операции, и даже идентификацию целей выполнил ШАБАК. Это крайне редкий случай, ведь служба обычно работает на территории Израиля, Иудеи и Самарии и в Секторе Газа.

Барнеа резко возражал против атаки именно в этот момент. По оценкам Моссада, переговоры в Дохе могли привести к сделке об освобождении заложников. В Катар прибыла делегация ХАМАСа из Турции, ожидалось участие катарских посредников. Предполагался ответ “да, но”. Барнеа считал, что это открывало путь к соглашению. Устранить лидеров ХАМАСа можно всегда. Они не представляли немедленной угрозы. А вот жизни заложников — под угрозой каждую минуту. Поэтому удар, по его мнению, лишь подорвал бы шансы на сделку.

В ШАБАКе придерживались иной позиции. Там изначально предпочитали Египет как посредника, считая Катар стороной ангажированной. ХАМАС десятилетиями финансировался и размещался именно в Дохе. В то время как Египет связан с “Братьями-мусульманами” меньше. В службе безопасности верили, что ликвидация в Катаре уберет с пути противников сделки и приведет к “эффекту бильярда”. То есть система будет встряхнута, а ХАМАС окажется под давлением и согласится на условия Израиля.

К ситуации добавился внутренний фактор. В ШАБАКе сейчас действует исполняющий обязанности главы. И хотя речь идет о профессионале, его статус может влиять подсознательно. Желание закрепиться в должности делает более чувствительным к позиции премьер-министра. А Биньямин Нетаниягу, как отмечают наблюдатели, явно хотел провести удар.

В итоге Израиль оказался в уникальной ситуации. Была проведена операция на территории страны, которая не считается враждебной. При этом она же выступала посредником в переговорах. И всё — без участия Моссада.

Политический расчет Нетаниягу сложнее. Он зависит от ультраправых партнеров, которые угрожают развалом коалиции при окончании войны. При этом он и министр Рон Дермер сумели убедить Дональда Трампа в возможности “быстрой победы” над ХАМАСом. Но реальность разрушила эту иллюзию. Израиль теряет позиции в Вашингтоне, а стратегическая опора на США оказалась под угрозой.

Нетаниягу, возможно, хотел продемонстрировать “картинку победы” через массовую ликвидацию руководства ХАМАСа. Но ставка обернулась провалом. Удар не достиг цели и вызвал критику. Вчера премьер вынужден был признать в социальной сети факт неудачи. Попытка представить катарскую операцию как успех не убедила ни общественность, ни союзников. Итогом стала не победа, а фиаско.

Ранее Курсор писал, что как Израиль «парализовал» Иран: стали известны новые детали 12-дневной войны.