Четверо солдат ЦАХАЛа, раненных в Газе, рассказали о "последних" минутах жизни

Четверо военнослужащих ЦАХАЛ — солдат разведподразделения 504 М., лейтенант Н. из десантного патруля, капрал Юваль Йехезкель и подполковник запаса Яки Кляйн — рассказывают, как пережили критические ранения, почему их «последние секунды» не похожи на кино и как выглядит реабилитация, когда каждый шаг — маленькая победа.

Об этом сообщает Ynet.

23-летний М. был тяжело ранен в Ливане: граната разорвалась буквально рядом, вторым взрывом его отбросило к стене, он истекал кровью. Сослуживцы по рации сочли его мёртвым. В больнице «Рамбам» врачи колебались, стоит ли оперировать: кровоизлияния, осколки по всему телу, критическое состояние. Решили бороться — 14-часовая операция и серия последующих вмешательств, удаление фрагмента черепа для снижения давления.

Два месяца — ИВЛ и седация. Затем — «Левинштайн»: от кровати к креслу, от кресла к ходункам, потом без трости. Параллельно — борьба с ПТСР. «Каждый день спрашиваю себя, почему я всё ещё здесь. Моя мечта — ферма для трудных подростков. Большие победы делаются маленькими шагами».

7 октября, в боях за Нахаль-Оз, Н. попал в засаду: пули прошили живот и руку, ноги отказали, эвакуации ждал около двух часов. В машине скорой помощи слышал, как врачи обсуждают «полностью открытую брюшную стенку». В «Тель-ха-Шомер» — недели под седацией, десятки операций, состояние «на грани».

Сейчас он ходит, но с серьёзными ограничениями, ждёт новые вмешательства. При этом вернулся на действительную службу — в технологическое направление, менеджер продукта в отделе периферийных систем: «Я не мог помочь одному-двум бойцам — теперь помогаю многим. Да, было очень тяжело. Но после ранения есть жизнь — и я её выбрал».

20-летняя инструктор по связи получила тяжёлые травмы в оперативной аварии в Дженине: машина перевернулась, рука — частично ампутирована, сопутствующие повреждения головы, ноги и лёгких. На вертолёте — в «Хадасса Эйн-Керем». Юваль умоляла хирургов сохранить конечность — врачи руку спасли, но предупредили: полностью прежней она не станет.

Полгода интенсивной реабилитации в «Шибе»: пересадка кожи, постоянная боль, непростой психологический путь. Впереди ещё операция на повреждённом нерве. «Меня смотрят на улице — это ранит. Но я благодарна, что рука сохранена. Хочу вернуть 70–80% функции, поехать в Южную Америку, поступить учиться — и однажды принять руку такой, какая она есть».

Также 44-летний командир батальона получил тяжёлые ранения от фугаса в Самарии во время третьей резервной ротации. Взрыв отбросил его на семь метров, водитель рядом погиб. Память о моменте потеряна, прогнозы — крайне осторожные.

Долгая реабилитация: операции, постоянная боль, отказ от седативов и опиоидов из-за кошмаров. Психологическая цена высока: бессонные ночи, вспышки, сны о погибших товарищах. «Самое тяжёлое — зависимость от людей. Сейчас учусь назад быть самостоятельным. Есть маленькие победы — снова поднялся по лестнице домой, сел за руль на первом занятии. Когда восстановлюсь — больше времени семье. Понял, что был недостаточно хорошим отцом».

Ранее "Курсор" сообщал, что израильские солдаты, размещённые в импровизированных укреплённых точках в Секторе Газа, сообщают о массовом нашествии клопов.