Израильтянин получил Эмми: Наверное, в Израиле никто обратил внимание

Вдали от шума вокруг победы фильма «NAZA» на Венецианском кинофестивале израильтянин Рои Ной получил премию «Эмми». Звукорежиссер стал обладателем статуэтки за работу над документальным фильмом о природе «Океан с Дэвидом Аттенборо».

Об этом пишет Walla.

«Я не актер, и в моей победе нет никакого политического контекста. Я нахожусь глубоко за кулисами и уже много лет не живу в Израиле, поэтому, наверное, в Израиле никто не обратил внимания на мою победу. И это вообще моя вторая премия “Эмми”», — объясняет Ной. На церемонии он решил произнести речь на иврите.

49-летний Ной уже более двух десятилетий живет в Бристоле, Великобритания. Он переехал туда после окончания школы звукозаписи Йоава Гра. «Я вообще не занимаюсь политикой. Все, с кем я работаю, знают, что я израильтянин, а мои взгляды — это мои взгляды. У меня до сих пор израильский акцент, и меня всегда спрашивают, откуда я. Я никогда этого не скрываю. Я много работаю с Netflix и Apple, и мое израильское происхождение никогда не было проблемой, в том числе в последние годы», — говорит он.

Помимо других проектов, художественных и документальных фильмов, Ной в основном специализируется на создании звука для фильмов о природе. Среди его работ — нашумевший проект Стивена Спилберга «Динозавры», а также сериал National Geographic и Джеймса Кэмерона «Тайны осьминогов».

«По сути, мы получаем только изображение. Когда исходный материал попадает в мою студию, фильм полностью находится на мьюте, и мне нужно построить звуковой мир на основе того, что снято. Это огромное количество деталей — нужно взять природу в свои руки и оживить ее. Фильмы о природе — это своего рода фейк. В эту работу действительно нужно погружаться, и необходимо быть очень точным. Например, если у меня есть бразильская птица, я не могу поставить ей звук трясогузки, потому что орнитологи начнут жаловаться. Поэтому очень важно все точно воспроизводить. Что поделать, орнитологи очень любят жаловаться. В итоге над фильмом о природе продолжительностью 40–50 минут я работаю около месяца», — рассказывает Ной.

«Иногда это действительно изнурительно. Поставить голос животного может каждый. Вопрос в том, чтобы добиться того, чтобы звук звучал правдоподобно».

Что особенного в Аттенборо? Ему уже 100 лет, а он все еще получает награды.

«Да, он сам своего рода природное явление. Аттенборо по-прежнему в отличной форме, на все сто процентов. Это как Роналду — люди с какими-то невероятными генами. Он по-прежнему ведущий, по-прежнему просматривает все сценарии и все, что связано с фильмом, и это по-прежнему полностью его голос. Он не хочет использовать искусственный интеллект для клонирования своего голоса. Он сказал: “Когда я умру, я умру”. Такого больше не будет».

Ранее Курсор писал, что NAZA добрался до США — что ждет фильм после скандала в Израиле.