Не просто запуск — что стоит за маневром Айзенкота

Презентация лидера партии «Яшар» преследовала цель не представить нового кандидата, а запустить следующий этап его политического пути. Южное Шарон может стать ключевым регионом, который определит исход выборов.

Об этом для Walla пишет журналист Йегуда Шлезингер.

История израильской политики полна масштабных презентаций. Многие помнят запуск кампании Бени Ганца в комплексе «Экспо Тель-Авив», продуманный до мелочей: центральная сцена, идеальный декор, динамичный джингл, представление партнеров Моше Яалона, Габи Ашкенази и Яира Лапида, и первая, долгая и немного неловкая речь самого Ганца, который ранее никогда не выступал публично. Вчерашний съезд Гади Айзенкота тоже назвали запуском, но между ними есть принципиальная разница.

Айзенкота не нужно знакомить с публикой. Он не новичок в политике, уже успел побывать депутатом Кнессета, министром и членом кабинета. Последний год он находился в самом центре политической арены и общественного дискурса, дав немало интервью.

Что же тогда запускалось? Ответ кроется в дате. Ровно через год после того, как он вошел в кабинет Бени Ганца, посмотрел ему в глаза и сказал: «Я ухожу», после чего уволился из правительства и Кнессета ради независимого пути, Айзенкот решил замкнуть круг. Это было не знакомство с избирателями, а годовщина его политического рождения.

За этот год Айзенкот доказал ошибочность прогнозов скептиков. Говорили, что бывший начальник Генштаба из бригады «Голани» не приживется в политике, не выдержит в пустыне оппозиции и сбежит. Его называли классическим вторым номером, неспособным стать лидером, и утверждали, что он не сделан из нужного для политика теста. Пророчили, что его партия не наберет голосов и останется ниже электорального барьера, а отказ примкнуть к Беннету и Лапиду называли ошибкой. Пока ни один из этих прогнозов не сбылся.

Сама встреча прошла в чисто его стиле. Чтение с суфлера, не всегда гладкое, без бумаг, без актерства и попыток сделать вид, будто текст рождается на ходу. Возгласы «О, кто пришел? Следующий премьер-министр» исходили в основном от сотрудников штаба. Флаги раздавали на входе, а не приносили с собой воодушевленные фанаты. Все выглядело по-деловому, даже суховато. Это Айзенкот — без трюков и постановок, с предвыборным роликом, где он марширует по указанию режиссера и страдает каждую секунду. И это работает.

Интересной деталью стал выбор места — зал в южной части Шарона. Организаторы объясняют это желанием уехать из Тель-Авива. Но местная публика мало отличается от тель-авивской: относительно пожилое население, преимущественно ашкеназы, высокий социально-экономический статус. Это тот же срез избирателей. Тем не менее выбор может иметь глубокий смысл.

Регион Шарон способен стать ключом к победе. На прошлых выборах явка здесь составила около 70-71%: в Кфар-Сабе и Раанане — 72%, в Ход-ха-Шароне — 71%, в Герцлии — 69%, в Рамат-ха-Шароне — 73%. Согласно исследованиям оппозиционного блока, если явка в этом районе вырастет до 78-79%, блок сможет победить.

Планировал ли Айзенкот всколыхнуть Шарон и обозначить его главным полем битвы? Скорее всего, нет. Его окружение называет решение техническим. Но чуть более чем через 110 дней станет ясно, решит ли этот регион исход выборов и проложит ли Айзенкоту путь к победе.

Ранее Курсор писал, что Бардуго выступил с  неожиданным заявлением: «Он самый крайний левак».