Отношения между Израилем и Соединенными Штатами на протяжении десятилетий развивались по сложной траектории, совмещая в себе элементы тесного союза, взаимной зависимости и периодических кризисов. Как отмечает обозреватель Шмуэль Роцнер в газете «Маарив», в настоящее время уровень доверия между гражданами двух государств заметно снизился.
В 1950-х годах, в период становления израильского государства и проведения Синайской кампании, Вашингтон предпочитал дистанцироваться от молодого и нередко доставлявшего хлопоты союзника. Однако уже в следующем десятилетии при администрациях Джона Кеннеди и Линдона Джонсона американское руководство осознало неэффективность такой изоляции и пошло на сближение.
В 1970-х годах Белый дом активно опирался на Израиль в критических ситуациях — например, во время событий «Черного сентября», за чем следовали периоды охлаждения и пересмотра двусторонних связей. Как подчеркивает автор, дискуссия о том, является ли еврейское государство стратегическим активом или бременем для внешней политики США, сопровождала практически каждого американского президента.
Параллельно внутри самого Израиля всегда существовал не менее важный внутренний спор о степени собственной независимости от Вашингтона. Руководство страны смогло справиться без внешней поддержки в ключевое десятилетие своего основания, однако остро нуждалось в ней в период Войны Судного дня, признавало американское лидерство при заключении мира с Египтом и в то же время открыто шло на конфронтацию в ходе Первой ливанской войны.
Шмуэль Роцнер выделяет две главные плоскости современных дискуссий:
Анализируя архивы и материалы американской прессы, автор указывает на прямую зависимость между уверенностью Израиля в надежности заокеанского «зонтика» и уровнем его военной агрессивности. Исторические прецеденты показывают, что чувствующий поддержку союзник ведет себя более сдержанно. Так, Генри Киссинджер в свое время настаивал на экстренной помощи Израилю в 1973 году во избежание крайних, отчаянных шагов с его стороны, способных спровоцировать глобальную катастрофу. Билл Клинтон выстраивал доверительные отношения с Ицхаком Рабином для продвижения мирного процесса.
Внутри же администрации Байдена, судя по мемуарам и инсайдерским отчетам, постоянно сталкивались две линии: сторонники жесткого давления по образцу Барака Обамы (включая госсекретаря Энтони Блинкена) и сторонники максимальной поддержки для последующего мягкого урегулирования конфликтов (включая высокопоставленного чиновника СНБ Бретта Макгерка).
Создается парадоксальная картина: на официальном и рабочем уровнях между странами сохраняется плотная координация. Военные и разведывательные ведомства продолжают теснейший обмен данными, особенно в противостоянии с Ираном. Как метко замечает Роцнер, если задать вопрос пилотам боевой авиации, выполняющим задачи над иранской территорией, ответ будет кардинально отличаться от риторики «чопорных чиновников в Государственном департаменте в Фогги-Боттоме».
Тем не менее, взаимное разочарование и накопленная горечь дают о себе знать: Вашингтон испытывает сомнения относительно того, как именно Израиль транслирует миру «иранскую угрозу», а израильское общество пересматривает свои иллюзии относительно безусловной надежности команды Дональда Трампа.
Ранее "Курсор" писал, что США ускоряют подготовку ударов по Ирану.
Подготовка США к возможной военной операции против ядерных объектов Ирана усиливается.