Шаги Эрдогана, которые вызывают тревогу в Израиле

Май и июнь 2026 года ознаменовались резким ускорением турецкой активности на Ближнем Востоке, особенно в Сирии. Анкара одновременно наращивает военное, экономическое и политическое присутствие, сочетая это с риторическим экстремизмом в адрес Израиля и поддержкой террористических элементов. В результате баланс сил в регионе постепенно меняется: Турция превращается из просто влиятельного игрока в стратегический фактор с постоянным присутствием на сирийской арене.

Об этом пишет Maariv.

В центре этой тенденции — углубление сотрудничества в сфере безопасности между Турцией и Сирией. Впервые сирийские силы приняли участие в учениях EFES-2026, ежегодных флагманских маневрах турецких ВВС, проходивших в Измире с 11 апреля по 22 мая. В учениях были задействованы контингенты из десятков стран, а на их полях Анкара объявила о расширении военной поддержки Сирии, включая обучение, оперативное планирование и логистическую помощь. Еще один неординарный шаг был зафиксирован 11 мая, когда турецкий военный корабль TCG Meltem совершил первый в своем роде официальный визит в сирийский порт Латакия. Позже, 18 июня, сирийская военная делегация посетила турецкий Университет национальной обороны в Стамбуле. Эта серия шагов указывает на углубление институциональных связей между армиями, даже если формальное соглашение о доступе Турции к авиабазам в Сирии еще не финализировано.

Одновременно с этим Турция демонстрирует значительный импульс в наращивании собственной военной мощи. Турецкий оборонный экспорт вырос на 28% в первые четыре месяца 2026 года по сравнению с тем же периодом прошлого года, превысив отметку в 2,8 миллиарда долларов. 20 июня президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган объявил об экспорте первого военного корабля в страну НАТО и Европейского союза — Румынию, отметив, что Турция одновременно строит более 50 военных кораблей, из которых более 15 предназначены на экспорт. Анкара также ставит амбициозные цели в аэрокосмическом секторе. Истребитель KAAN, самолет пятого поколения, разработанный в Турции компанией Turkish Aerospace Industries, продвигается к серийному производству. Первый контракт на производство 20 самолетов для турецких ВВС был подписан 12 мая, поставки ожидаются в период между 2028 и 2030 годами. К этому добавляется крупная экспортная сделка с Индонезией на 48 самолетов стоимостью 10 миллиардов долларов, подписанная в июне 2025 года. Наращивание военной мощи Турции не ограничивается самолетами и кораблями. Баллистическая ракета Typhoon Block 4 с дальностью 800 км и скоростью от 5 Махов и выше пошла в массовое производство. Наряду с ней была представлена ракета Yildirim с дальностью 6000 км, заявленная как первая межконтинентальная баллистическая ракета, полностью разработанная в Турции. Этот арсенал позиционирует Турцию как региональную военную державу, чье значение растет и для Израиля.

Помимо военной сферы, Анкара продвигает глубокую экономическую интеграцию с Сирией. 9 июня министры торговли обеих стран встретились на экономической конференции городов-побратимов Газиантеп и Алеппо. Министр торговли Турции Омер Булут установил цель в 5 миллиардов долларов для двусторонней торговли в течение двух лет и 10 миллиардов долларов в течение пяти лет. Параллельно ожидается скорое открытие таможенного перехода Аслахийя. Одним из самых значимых проектов является возрождение исторической Хиджазской железной дороги, которая когда-то соединяла Стамбул с Мединой. Между 9 и 10 июня Турция и Саудовская Аравия подписали меморандумы о взаимопонимании для продвижения этой магистрали через Сирию и Иорданию с планируемым продлением до Омана. Инвестиции в участок Турция — Алеппо составят около 100 миллионов долларов. Американский институт FDD определил этот шаг как попытку Турции подорвать региональную роль Израиля. Значение для Израиля шире, чем одна железнодорожная линия. Сухопутный коридор, который Анкара стремится спроектировать из Турции через Сирию и Иорданию в Саудовскую Аравию, может конкурировать с ролью Израиля как регионального транзитного узла, планируемого в рамках инициативы коридора IMEC (Индия — Ближний Восток — Европа). Возобновление рейсов Turkish Airlines в Дамаск после 13-летнего перерыва, продвижение свободной зоны в Идлибе и модернизация перехода Баб аль-Хава также являются частью масштабного плана по закреплению долгосрочного турецкого влияния в Сирии.

В то же время Израиль с тревогой наблюдает за растущим турецким присутствием в Сирии. Турция выступает ключевым двигателем восстановления сирийской армии и, как ожидается, предоставит ей беспилотники, системы ПВО и высокоточные ракеты. Израиль четко дал понять, что создание постоянной турецкой базы к югу от Дамаска или развертывание передовых турецких систем ПВО в Сирии будет считаться красной линией. Главное опасение Иерусалима заключается в том, что Турция постепенно выстроит непрерывную зону влияния от северной Сирии до южной границы с Израилем. Такое присутствие способно нанести ущерб свободе действий израильских ВВС в Сирии, которая в последние годы стала центральным инструментом в борьбе против укоренения Ирана и его прокси, включая Хизбаллу. Поэтому турецкое закрепление рассматривается не просто как восстановление Сирии, а как стратегический шаг, способный изменить правила игры в регионе.

На террористическом направлении напряженность в отношениях с Турцией приобретает еще одно измерение. 21 июня ЦАХАЛ и Шин Бет опубликовали совместное заявление, в котором разоблачили пятерых высокопоставленных деятелей ХАМАСа, действующих из Турции и руководящих терактами в Иудее и Самарии. Среди упомянутых имен: Айман Шарауна, Мухаммад Маллах, Маджед Джааба, Валид Абу Нассар и Салам Яиш. Согласно заявлению, за прошедший год благодаря постоянному наблюдению за турецким филиалом ХАМАСа удалось предотвратить десятки терактов. Руководителем штаба ХАМАСа в Иудее и Самарии является Зохар Джаберин, а Айман Абу Халил возглавляет военное крыло; оба действуют из Стамбула. Отказ Турции прекратить эту деятельность или оказать давление на оперативников ХАМАСа превращает ее в активный канал терроризма против Израиля. К этому добавляются слова оперативника ХАМАСа Мусы Акри, согласно которым Эрдоган заявил членам организации: «Как мы защищаем собственных детей, так мы будем защищать и вас».

На политическом и риторическом уровне израильско-турецкие отношения упали до нового минимума. 10 июня Эрдоган заявил, что израильские атаки в Сирии и Ливане «достигли стадии, когда они угрожают и самой Турции». Он предупредил, что жестко ответит, если права Турции в Восточном Средиземноморье будут нарушены, и обвинил Израиль в попытках дестабилизировать Африку и морское пространство. Премьер-министр Биньямин Нетаниягу ответил на это, назвав его «антисемитским диктатором». Днем позже риторика обострилась еще сильнее: Эрдоган сравнил Нетаниягу с Адольфом Гитлером, а депутат Кнессета от Ликуда Ариэль Кельнер объявил, что Турция является «вражеским государством во всех отношениях». Министр культуры Мики Зохар также подчеркнул, что к Турции следует относиться как к вражескому государству, и она «заплатит высокую цену», если дело дойдет до конфликта с Израилем.

Однако взаимоотношения между странами по-прежнему содержат сложные аспекты. Хотя Эрдоган ввел торговое эмбарго против Израиля в мае 2024 года, согласно ряду отчетов, нефтепровод БТД (Баку — Тбилиси — Джейхан), проходящий из Азербайджана в Средиземное море через Турцию, в 2025 году обеспечил Израиль авиационным топливом на сумму 924 миллиона долларов через третьи страны. Этот разрыв между жесткой риторикой и косвенными связями на практике иллюстрирует дипломатическую сложность, даже несмотря на то, что общий стратегический курс Анкары остается враждебным по отношению к Израилю.

В итоге Турция больше не является маргинальным игроком на региональной арене. Она одновременно формирует военную, экономическую, политическую и идеологическую оси, и Сирия становится одним из главных фокусов этой активности. По состоянию на июнь 2026 года различные источники указывают, что посланник США в Сирии Том Барак продвигает в Вашингтоне видение, при котором Турция играет ведущую роль в формировании правления Ахмеда аш-Шара. Для Израиля это растущий стратегический вызов. На военном направлении Турция расширяет присутствие в Сирии и создает передовые независимые вооружения. На экономическом — продвигает торговые коридоры, способные конкурировать с Израилем. На террористическом — позволяет ХАМАСу действовать со своей территории против Иудеи и Самарии, в то время как Сектор Газа остается зоной пристального внимания. На политико-риторическом — обостряет конфликт с Иерусалимом. Для Израиля вопрос уже заключается не в том, становится ли Турция вызовом, а в том, как реагировать на стратегическую ось, которая начинает переводить намерения в инфраструктуру, альянсы и оружие.

Ранее Курсор писал, что Путин будет править не более трех лет, ему грозит бунт – Forbes.