Скандальный американский интернет-инфлюенсер Брейден Питерс, известный под псевдонимом Clavicular, который ранее был замечен поющим под трек Канье Уэста «Heil Hitler» и отдыхающим в компании зигующих блогеров, в последние дни находится в Израиле, несмотря на свою открытую неприязнь к нашей стране. Об этом пишет TMI.
Цель его визита в Израиль остается неясной, однако многие пользователи Сети уже бьют тревогу по поводу 20-летнего американца, чей аккаунт в Instagram насчитывает миллионы подписчиков. Блогеру приписывают намерение создать негативный контент о стране, а также попытки ввести в заблуждение израильтян, особенно женщин, снимая их в вырванном из контекста виде, чтобы выставить в дурном и унизительном свете.
Эксклюзивные кадры, обнародованные на 13-м канале, вызвали множество вопросов. На видео скандальный инфлюенсер развлекается в тель-авивском клубе «Shalvata» вместе с Топазом Луком — советником премьер-министра Биньямина Нетаниягу и единственным приближенным, не замешанным в скандале под названием «Катаргейт». Совместный отдых спровоцировал волну жесткой критики в интернете в адрес Лука. Сам советник утверждает, что между ними состоялся лишь короткий разговор, во время которого блогер выразил сожаление о своих антисемитских высказываниях и заявил, что прибыл в Израиль ради исправления прошлых ошибок.
Топаз Лук заявил: «Он попросил прощения за свои антисемитские высказывания. По его словам, он приехал в Израиль, чтобы показать правду о нашей стране, а также планирует встретиться с человеком, пережившим Холокост, и публично извиниться. Посмотрим».
Стоит напомнить, что блогер имеет крайне сомнительное прошлое: он известен своим унизительным отношением к женщинам, стремлением радикально изменить внешность экстремальными методами, а также записью, где он намеренно сбивает человека на своей Тесле. Кроме того, блогер задерживался по подозрению в хранении наркотиков и поддельных документов и отбыл шестимесячный тюремный срок за то, что выстрелил в уже мертвого аллигатора.
Ранее Курсор писал, что Айзенкот прервал молчание — почему Нетаниягу не хотел утверждать Афека.