"Я знала, что умру" – бывшая заложница рассказала об ужасах плена в Газе

Утром того дня она находилась дома с родителями – Шири и Иланом, в то время как её сёстры, Мейтал и Мааян, были в других частях кибуца. После сирены тревоги семья укрылась в безопасной комнате. Когда стало ясно, что террористы прорвались внутрь, Илан, заместитель главы экстренной службы, был вызван к оружейной комнате. Шири, в тревоге за дочь, попросила Ногу спрятаться под кроватью.

Об этом сообщил "12 канал".

Когда в дом ворвались боевики, они забрали мать. Нога осталась одна. Вскоре злоумышленники подожгли дом.

«Дым проник в мамад, я не могла дышать и поняла, что должна что-то сделать. Я знала, что умру сегодня, и предпочла бы умереть от выстрела, а не сгореть», – вспоминает она. Ей удалось спастись, выбравшись через окно, но снаружи её уже ждали новые ужасы – окрестности были охвачены огнём и террором.

Ноге пришлось прятаться в кустах, где её вскоре обнаружили. Девушку отвели во двор одного из домов, где находились десятки террористов. После допроса, считая её военнослужащей, её посадили в машину и вывезли в сектор Газа.

Там она оказалась в доме местной семьи, где вместе с ней находилась женщина в мусульманской одежде.

«Я считала ее одной из них, мы были далеко друг от друга и не могли разговаривать», — рассказывает Нога. Позже выяснилось, что это была Моран Стелла Янай, похищенная с фестиваля "Нова".

«Тогда я поняла, что она — израильтянка. Это было тяжело понять, но также утешало — я не одна», — вспоминает она.

Условия, в которых держали пленниц, были жестокими.

«Это было очень тяжело. Мы видели, что у них вода есть, но они утверждали, что Израиль прекратил поставку воды, и если у них нет, значит и у нас не будет».

О судьбе своей семьи Нога ничего не знала до тех пор, пока в помещение не вошла женщина в хиджабе.

«Я посмотрела на нее — и вдруг поняла, что это моя мама».

Однако воссоединение обернулось новой угрозой:

«Потом он вошел в мою комнату с кольцом и сказал, что я выйду за него, останусь в Газе и рожу ему детей. Он привел мою маму, чтобы получить ее согласие».

Нога с матерью не могли отказать – угрожавший им террорист был вооружён и контролировал каждое их движение.

«Мы пытались вежливо отвертеться, но в итоге нужно было выживать. Он охранял меня с оружием, и я не могла ему сказать нет».

Спустя 50 дней Ноге и Шири сообщили о предстоящем освобождении. Но расставание с Моран оказалось болезненным:

«Я не понимала, почему мы возвращаемся, а Моран нет. Мы провели вместе пятьдесят дней. Если мы не будем защищать друг друга, некому будет это сделать».

Накануне освобождения к ним присоединились Хила Ротем и Эмили Хэнд — две девочки из их кибуца.

«Тогда я перестала бояться за себя, потому что у меня были те, о ком надо было заботиться».

После возвращения в Израиль Нога узнала о гибели отца. Его тело было увезено в Газу, и до сих пор не возвращено.

«Было очень тяжело узнать, что произошло. Я была счастлива узнать, что сестры живы, но я потеряла семью и друзей».

Теперь Нога служит в ЦАХАЛ, но сама признаёт, что внутренняя травма остаётся непреодолённой.

«Я думаю, что даже не начала процесс переживания. Я живу в состоянии отрицания».

Она говорит, что пока остаются заложники, она не может начать возвращаться к нормальной жизни:

«Пока они не вернутся, я не начну справляться. Я не чувствую, что вернулась, потому что они все еще там».

Нога активно участвует в митингах на площади заложников и использует каждую возможность, чтобы привлечь внимание к теме возвращения похищенных.

«У меня нет могилы, чтобы оплакать отца. Иногда я надеюсь, что нам скажут, что произошла ошибка, и он вернется. Я понимаю, что этого не случится, но я не могу начать оплакивать его, пока его нет. Поэтому все должны вернуться. Живые — в первую очередь. Но и погибшие тоже».

История Ноги Вайс, пережившей плен, потерю семьи и решившей посвятить себя службе и борьбе за других, стала символом стойкости. Её шаг призваться в армию после ужасающего опыта обсуждали на центральных телеканалах. Сегодня она продолжает сражаться — за память, за справедливость и за возвращение всех, кто до сих пор не дома.

Ранее "Курсор" рассказывал, что Идан Александр спас солдата 7 октября.