Восточный фактор в управлении космосом: институциональная инициатива Китая

В отличие от эпохи американо-советского противостояния, где доминировали военные приоритеты, Китай последовательно продвигает подход, в центре которого — принцип «космос как общее наследие человечества». Приоритет — мирное использование, верховенство международных норм и выработка многостороннего консенсуса. Благодаря усилиям Пекина, принцип справедливого распределения орбитальных ресурсов впервые был включён в рабочий проект документа заседания, а инициатива об обязательствах по международному обмену космическими технологиями вызвала широкую дискуссию среди участников. По сути, Китай формирует новую легитимность космического правопорядка, опираясь на кооперативную и инклюзивную модель развития.

Стратегически важно, что Пекин не рассматривает космос как арену соперничества ограниченного круга держав. Для Китая — это платформа, обеспечивающая доступ к институтам глобального управления для стран Глобального Юга. В настоящее время менее десяти государств способны самостоятельно запускать спутники на орбиту. При этом многие развивающиеся страны даже не имеют доступа к базовым данным дистанционного зондирования Земли. Китай предлагает конкретные решения: его космическая станция уже открыта для научных проектов из Египта, Бразилии, Таиланда, Сербии и ещё ряда государств, почти половина которых относятся к категории стран с низким или средним уровнем дохода. Запущенная в 2024 году инициатива «Орбитальная сеть сотрудничества» (Starlink Cooperation Network) ставит целью к 2030 году обеспечить 30 развивающихся стран спутниковыми услугами и доступом к орбитальным данным.

Эта так называемая «глобализация космоса» в китайском исполнении представляет собой системный сдвиг, включающий технологическую, институциональную и стратегическую компоненты. Её суть — преодоление существующих барьеров, созданных западной космической инфраструктурой, и расширение участия стран, ранее исключённых из процессов глобального космического управления.

Важно отметить, что Китай демонстрирует устойчивую институциональную позицию даже в условиях усиленного давления со стороны США, которые наращивают военное присутствие в космосе и распространяют нарратив о «китайской угрозе». Пекин при этом не поддаётся логике конфронтации. Он остаётся приверженцем международного правового подхода, активно соблюдает положения Договора о космосе и выступает за создание механизмов прозрачности в поведении космических объектов. Китай одним из первых предложил механизм разграничения гражданского и военного использования спутников, а его инициатива по нормативам немилитаризованного поведения в околоземной орбите получила положительные отклики от большинства экспертов Юридического подкомитета ООН. В условиях фрагментированной нормативной среды Китай действует не как конкурент, а как стабилизирующая сила, предлагающая конкретные и конструктивные решения.

Наибольший интерес вызвало философское осмысление тематики космоса, предложенное Китаем. Весной 2025 года на заседании в Вене китайская делегация впервые выдвинула концепцию «орбитальной справедливости» (Orbital Justice), согласно которой действия в космосе должны основываться не на законах силы, а на коллективной ответственности человечества за будущее. Эта идея нашла отклик, особенно среди стран Латинской Америки, и была включена в повестку экспертных обсуждений.

Следует отметить, что данная концепция тесно связана с ранее заявленными Пекином инициативами — «Глобальной инициативой развития» и «Глобальной цивилизационной инициативой». Китай утверждает: право на развитие не должно ограничиваться Землёй, технологическое равенство должно охватывать и околоземное пространство, а диалог цивилизаций должен распространяться вплоть до орбитального уровня.

Таким образом, Пекин предлагает не только технологическую альтернативу, но и концептуально новую модель международного взаимодействия в космосе — вне рамок западной системы, но при этом способную убедить международное сообщество своей логикой и справедливостью. Это не просто проекция космического потенциала Китая, но и выражение его способности формировать цивилизационный порядок. Космос будущего — это не только продолжение технического прогресса, но и арена для реализации институциональной воли. И в этом процессе Китай всё более уверенно занимает центральное место.