Дилемма Вашингтона: как решение Трампа может изменить судьбу Израиля

На фоне возобновившихся дискуссий о ядерной программе Ирана перед президентом США Дональдом Трампом стоит выбор, который может изменить баланс сил на Ближнем Востоке — и напрямую повлиять на безопасность Израиля. Об этом рассуждает израильский эксперт по Ирану доктор Эли Кармон, анализируя возможные сценарии развития событий.

Об этом пишет 7-й канал.

По его оценке, Трамп склоняется к политическому урегулированию, однако без реальной военной угрозы добиться уступок от Тегерана практически невозможно. Американский лидер, как считает эксперт, по-прежнему стремится заключить соглашение, которое было бы жестче и долговечнее договора, подписанного при Барак5 Обаме. Речь идет не только о полном прекращении обогащения урана, но и о конфискации уже накопленных запасов, включая около 400 килограммов материала, местонахождение которого до конца не ясно.

Трамп, напомним, ранее вышел из Совместного всеобъемлющего плана действий, объясняя это несостоятельностью соглашения и его временным характером — срок действия документа истекал к 2030 году. Теперь, по мнению Кармона, Белый дом хотел бы продлить ограничения как минимум до 2040–2050 годов.

Однако в Тегеране подобные требования воспринимают как ультиматум. Иранское руководство не забыло ликвидацию генерала Касема Сулеймани и рассматривает действия Вашингтона как доказательство недоговороспособности американской стороны. Ядерная программа для Ирана — это стратегический фактор сдерживания, особенно в отношении Израиля и США. В этом контексте иранцы ориентируются на опыт КНДР: несмотря на угрозы со стороны Вашингтона, Пхеньян продолжил развитие своей ядерной программы.

Перед Трампом встает вопрос: если дипломатия не сработает, готов ли он к военной операции? По словам Кармона, речь может идти лишь об ограниченном воздушном ударе. Наземная операция против страны с многочисленной армией и мощным Корпусом стражей исламской революции стала бы куда более масштабным и рискованным шагом, чем кампании в Ираке или Афганистане.

Предполагаемый сценарий — точечные удары по ядерной инфраструктуре, объектам КСИР и формированию «Басидж», а также частично по ракетным мощностям. При этом эксперт подчеркивает, что уничтожение всех баллистических ракет большой дальности в планы Вашингтона, судя по риторике, не входит. Это и создает стратегическое расхождение с Израилем.

«Здесь возникает конфликт интересов между Израилем и Соединенными Штатами», — отмечает Кармон. Для Иерусалима ракетная угроза носит почти экзистенциальный характер. Если Вашингтон сосредоточится исключительно на ядерной составляющей, Израиль может оказаться перед необходимостью действовать самостоятельно.

Дополнительным фактором становится Китай. Пекин получает значительную часть нефти из Ирана и, как утверждается, участвует в поставках технологий, связанных с ракетной программой. Удар по Ирану автоматически затрагивает китайские интересы, что расширяет геополитические риски конфликта.

Особую опасность представляет энергетический фактор. Слабое место Ирана — нефтяная инфраструктура. Однако атака на нее может вызвать цепную реакцию: Тегеран давно угрожает ударами по нефтяным объектам Саудовской Аравии, Катара, Кувейта и ОАЭ. Такой сценарий спровоцирует глобальный энергетический кризис, которого Вашингтон стремится избежать.

В этой сложной конфигурации Израиль оказывается в непростом положении. США, вероятно, не заинтересованы в прямом участии Израиля в военной кампании, чтобы не разрушить коалицию с арабскими государствами региона. Подобная ситуация уже имела место во время войны в Персидском заливе, когда Вашингтон просил Иерусалим воздержаться от ответных действий, чтобы сохранить единство альянса.

Кармон подчеркивает, что сотрудничество между Израилем и США остается тесным — особенно в сфере разведки и радиоэлектронной борьбы. Однако вопрос о «зеленом свете» для самостоятельных действий Израиля остается открытым. Эксперт сомневается, что Трамп будет готов публично поддержать израильскую операцию, если сочтет собственную кампанию завершенной.

Если иранский режим сохранит власть даже после частичных ударов, Израилю придется иметь дело с последствиями самостоятельно. И тогда многое будет зависеть от того, как Белый дом оценит достигнутые результаты и насколько готов будет продолжать давление.

«Мы переживаем сложный период», — резюмирует Кармон, подчеркивая, что стратегические решения ближайших месяцев могут определить безопасность региона на годы вперед.

Ранее "Курсор" сообщал, что