На фоне сообщений о паузе в американских ударах по иранским объектам и консультациях в Тегеране внимание мирового сообщества снова приковано к Маскату. Оман остался единственной связующей нитью между противоборствующими сторонами в борьбе за контроль над важнейшей нефтяной артерией планеты.
Об этом пишет IsraelInfo.
Уникальная международная позиция Султаната Оман формировалась десятилетиями и опирается на три фундаментальных фактора:
Религиозно-философский фундамент: Большинство населения страны исповедует ибадизм — особое направление ислама, равноудаленное как от суннизма, так и от шиизма. Это позволяет Маскату сохранять абсолютную нейтральность в многолетнем противостоянии Саудовской Аравии и Ирана.
Исторический долг и прагматизм: В 1970-х годах именно шахский Иран помог молодому султану Кабусу бен Саиду разгромить повстанцев в провинции Дофар. С тех пор Оман никогда не рвал связей с Тегераном — даже после Исламской революции 1979 года.
Военно-стратегический баланс: Оман первым из арабских монархий Залива предоставил США доступ к своим военным объектам (включая глубоководные порты Дукм и Салала), одновременно сохраняя безвизовый режим и развивая многомиллиардную торговлю с Ираном.
Практика тайных переговоров в Маскате доказала свою эффективность еще в 2010-х годах — именно оманский канал связи стал основой для заключения "Ядерной сделки" (СВПД) 2015 года. Оманские дипломаты и спецслужбы регулярно выступают фасилитаторами по самым сложным вопросам региона: от обмена пленными и переговоров с йеменскими хуситами до организации непрямых контактов между Вашингтоном и Тегераном.
Географическое положение Султаната на южном берегу Ормузского пролива превращает поддержание мира в вопрос собственного выживания и экономической выгоды. Попытки Ирана и США согласовать механизмы безопасного судоходства с участием Омана подчеркивают: в критические моменты эскалации дипломатический капитал Маската оказывается эффективнее военных аргументов.
Ранее "Курсор" писал, что Иран поставил ультиматум США.