Сирийская развязка без участия США

«Если друг оказался вдруг…» А почему вдруг? В Израиле есть лишь один человек, ответственный за это.

Дональд Трамп объявил о выводе американского контингента из Сирии. Практически единоличное решение. Экстравагантное настолько, что послужило поводом для отставки «Бешеному псу» — министру обороны  Джеймсу Мэттису. Для нас это решение означает ряд новых вводных по ситуации на Севере, включая израильско-ливанскую границу. И в отставку уйти Израиль не может. Нам с этими вводными жить дальше.

Формальный повод

Свое решение Трамп аргументировал исключительно финансовыми соображениями. Он, как и его предшественник, не считает целесообразным трату американских денег на борьбу за право выступать в роли шерифа на Ближнем Востоке. То есть он готов предоставлять подобные услуги, но не «за счет заведения». Миссию по уничтожению подразделений ИГИЛа в регионе Трамп назвал завершенной, и дальнейшее развитие событий, по его мнению, не требует физического американского присутствия в гуще событий.

Не исключено, что президент сделал искренний выбор между выполнением предвыборных обещаний — стоять на страже благосостояния американских граждан и весьма не лестными перспективами демарша из сирийского конфликта. Уверен, что Мэттис, прежде чем швырнуть на стол Трампа ключи, доложил начальству об этих перспективах.

Несмотря на категоричный характер заявления, что является чуть ли не визитной карточкой Трампа, он оставил себе возможность пересмотра решения. Туманная часть заявления о неких планах на контролирование ситуации дистанционно означает достаточно широкий выбор мер. Начиная с агрессивной дипломатии и вплоть до  частичной передислокации контингента, например, в соседнюю Иорданию. Тем не менее, у демарша как такового будут последствия. Прямые и косвенные.

Кредит доверия к сверхдержаве

Во-первых, весьма сомнительно звучит заявление о разгроме ИГИЛа в то время как наличие подразделений боевиков этой организации в Ираке и Сирии является общеизвестным фактом. Не следует умалять масштабы потерь исламистов в результате совместных действий США и курдских военных в северо-восточном регионе Сирии, но все же говорить о разгроме, когда под властью ИГИЛа остается часть сирийской территории, пожалуй, рановато. Но в этом вопросе копирайт принадлежит не Трампу, а Путину. Он о победе над ИГИЛом заявил более года назад.

Касательно России — это — во-вторых — лучшего подарка от Трампа она в канун Нового года получить не могла. Он собственноручно отказался от претензий на влияние не только в Сирии, но и во всем регионе, оставив Путину трон правления. К трону, правда, прилагается бремя тяжелых финансовых потерь, но решение все равно труднообъяснимое. Особенно, если учесть, что Сирия была одним из американских козырей в диалогах с Россией по ряду вопросов, включая украинский конфликт.

В-третьих, за Америкой плотно закрепится статус ненадежного партнера. И первыми в очереди на обвинения выступят курды. Именно их руками США воевали с ИГИЛом. Разумеется, демократическая армия потенциального Курдистана рассчитывала на продолжительное сотрудничество с США. Ведь это не они позвали американцев на войну, а совершенно наоборот. Курды позволили США участвовать в конфликте минимальными средствами. Четверть территории Сирии контролируется курдскими войсками под руководством американских консультантов. Трудно даже предположить, как сложится судьба курдской оппозиции после выхода американцев из зоны конфликта.

В этой связи стоит напомнить, что кроме России и Ирана на сирийские трофеи претендует еще и Турция. И хотя, согласно заявлению Трампа, прежде чем объявить о выводе контингента из Сирии, он заручился обещанием Эрдогана не вступать в зоны влияния курдской армии, надо полагать, что в следующий раз, когда США понадобится вспомогательная военная сила, рассчитывать на лояльное отношение курдов они не смогут.

Думаю, это послужило основным, хоть и не единственным, поводом для решения Джеймса Мэттиса об отставке.

Перспективы ирано-израильского фронта

Мы, конечно, не курды. Наша история отношений с США знала разные этапы и распространяется далеко за пределами сирийской войны. На сегодняшний день, Америка остается нашим основным партнером в вопросах безопасности.

Но, надо напризнаться, есть в демарше Трампа ощущение плевка в лицо. Он диктует нам совершенно новую действительность на северных границах.

Угроза закрепления иранских позиций в Сирии и косвенно в Ливане продиктована не только отказом США от влиятельного участия в развязке ситуации и завещании российско-иранской коалиции на раздел сирийского имущества. Есть и оперативное значение у этого демарша.

Легкомысленно утверждать, что две тысячи американских солдат и офицеров несущественно влияли на баланс сил в регионе. Совместно с курдской армией, американцы контролировали огромную территорию на северо-востоке Сирии. Это представляло собой хоть и не герметичный, но все же заслон на сухопутном пути из Ирана в Сирию и далее — к позициям «Хизбаллы». По заявленному Трампом плану, уже с апреля следующего года, этот путь превратится в зеленый коридор для поставок новейшего оружия и открытия полноценного ирано-израильского фронта.

В контексте последних заявлений о тесных союзнических отношениях России и Ирана, вырисовывается мрачноватая перспектива, в которой Израиль остается один на один с главной угрозой его безопасности и весьма ограниченными возможностями действий в сирийском небе.

Здесь невольно вспоминается начатая Либерманом, на заре его каденции на посту министра обороны, программа по созданию ракетных войск. В новых реалиях нам не обойтись точечными авиаударами по военным объектам Ирана на сирийской территории. Даже если мы сохраним за собой право на такие удары, пусть и по умолчанию, они будут недостаточно эффективными и чреваты потерями. Ракеты класса земля-земля могут оказаться незаменимыми в ближайшей перспективе.

Разумеется, мы привыкли к тому, что забота о безопасности израильтян лежит исключительно на собственных силовых структурах. В этом смысле мы должны быть удивлены меньше всего.  Но все же возникает логичный вопрос. Все ли было сделано премьер-министром, чтобы предотвратить такое развитие событий?

Невольно вспоминаются заявления Нетаниягу и его ближайшего окружения о филигранной работе премьера с американским президентом, которая якобы основана на исключительном уровне личного взаимопонимания.  Как-то слишком тщательно законспирировано это взаимопонимание в последнем решении Трампа. Это — провал, господин премьер-министр. И еще: есть некое ощущение дискомфорта перед вступлением в новый этап сирийского конфликта с министром обороны на четверть ставки и весьма нерешительным, как оказалось, военно-политическим кабинетом.

Алекс Гольцекер

ТЭГИ:

Новости по теме

Загрузка...