Исчезновение Хайманут Касао — в СМИ указали на неоднозначную деталь

По мнению журналиста Нира Кипниса, история с исчезновением бывшего главного военного прокурора Ифат Томер-Йерушалми показала, насколько выборочная может быть реакция системы. Он отмечает в статье для Walla, что если человек пропадает, лучше, чтобы его звали Ифат Томер-Йерушалми, а не Хайманут Касао.

Кипнис обращает внимание, что после звонка мужа Томер-Йерушалми полиция подняла по тревоге все возможные силы — вертолеты, дроны, спасательные отряды и пожарные службы. Он подчеркивает, что, даже если бы она действительно хотела покончить с собой, шансов на это у нее не было бы — поиски начались мгновенно. При этом журналист считает, что такие же усилия должны были быть приложены, когда в начале 2024 года в Цфате пропала девятилетняя Касао, которую безуспешно ищут уже почти два года.

По словам Кипниса, жизнь взрослой женщины, оказавшейся в центре скандала, получила приоритет перед судьбой ребенка из бедной семьи. Он видит в этом символическое столкновение — белое против черного, центр против периферии, офицер против дочери рабочего. В одном случае, говорит он, полиция действовала моментально, в другом — медленно и без интереса.

Кипнис напоминает и о другой форме неравенства — в отношении общества к Гиладу Шалиту и Авeра Менгисту. Он отмечает, что Шалит был «сыном всей страны», тогда как Менгисту быстро оклеили ярлыками «психически неуравновешенного» и «перешедшего границу по собственной воле». Семья Шалита, по его словам, получила всенародную поддержку, а семья Менгисту — молчание.

Журналист считает, что подобное неравенство проявляется повсюду — в школах, больницах, вузах, армии и даже в судебной системе. Он приводит пример: если погибает ребенок судьи, расследование будет тщательным. Если это ребенок из эфиопской семьи, всегда находятся «смягчающие обстоятельства».

Кипнис указывает и на пример Биньямина Нетаниягу, чей судебный процесс тянется годами. По его словам, суд давно превратился в фарс. У богатых и влиятельных есть адвокаты, связи и время. У остальных — только надежда.

Журналист признает, что абсолютного равенства не существует, но считает недопустимым воспринимать это как норму. Он убежден, что даже минимальное улучшение ситуации способно спасти жизни — ведь если когда-нибудь снова исчезнет девятилетняя девочка с периферии, возможно, именно эти «несколько процентов справедливости» помогут ее найти.

Ранее Курсор писал,  кто возглавит расследование по делу Томер-Йерушалми.