Крах Ирана станет катастрофой для путина – разбор NYT

На первый взгляд, операция в Иране принесли кремлю немало выгод: цены на нефть подскочили, санкционное давление на российское сырье временно ослабло, а внимание западных стран переключилось с украинского фронта на Ближний Восток.

Однако, как отмечает обозреватель The New York Times Николь Граевски, за этим внешним благополучием скрывается нарастающая тревога владимира путина.

Любой исход конфликта — будь то долгосрочное перемирие или полный крах иранской государственности — несет для москвы серьезные риски.

Почему Тегеран считается незаменимым партнером москвы

Иран и россию объединяет не просто соседство, а общая идеологическая основа — убежденность в том, что современный мировой порядок, возглавляемый США, направлен на их сдерживание. Это чувство «общей обиды» трансформировалось в глубокое практическое сотрудничество: от обмена разведывательными данными до создания сложнейших финансовых схем для обхода западных санкций.

По мнению экспертов, Иран выполняет для кремля роль, которую не может взять на себя ни один другой союзник:

• Он активно противодействует интересам Вашингтона, не требуя при этом прямой вовлеченности российских войск.

• В ходе текущей войны Тегеран продемонстрировал способность влиять на мировую экономику через контроль над Ормузским проливом — рычаг давления, который сейчас недоступен россии, скованной затяжной войной в Украине.

Отсутствие альтернатив в российской орбите

Аналитики подчеркивают, что в случае падения нынешнего иранского режима у путина не останется равноценной замены. Другие партнеры ограничены в своих возможностях:

• Китай слишком глубоко интегрирован в глобальную экономику, чтобы идти на открытую и радикальную конфронтацию с Западом.

• Северная Корея, несмотря на поставки оружия и живой силы, не обладает достаточным политическим и военным весом для проекции силы за пределами своего региона.

Ограниченные возможности москвы для маневра

Спустя четыре года интенсивных боевых действий в Украине, поссия лишена возможности прямого военного вмешательства для спасения иранского режима. Любая попытка открытой эскалации может ударить по самым уязвимым местам кремля: спровоцировать резкое увеличение поставок западного вооружения Киеву, расширение обмена разведданными между США и Украиной или введение разрушительных вторичных санкций.

Вместо танковых дивизий москва вынуждена использовать инструменты гибридного влияния:

• Привлечение частных военных структур для обучения и защиты лояльных фракций внутри Ирана.

• Поставки специфических видов вооружений через налаженные годами подпольные сети.

• Оказание поддержки в сфере радиоэлектронной борьбы и киберразведки.

В конечном итоге судьба иранского режима напрямую влияет на устойчивость позиций россии в ее собственном глобальном противостоянии.

Ранее "Курсор" рассказывал о двух странах, которые стали настоящим победителем войны в Иране. Спойлер: это не США, Израиль или Иран.