Психолог назвала главную слабость Айзенкота

Гади Айзенкот получил мандат на формирование правительства, но его первые политические шаги уже поставили вопрос о том, насколько он готов к жесткой борьбе за власть. Психолог Лираз Маргалит считает, что качества, которые многие воспринимают как достоинства политика, в израильской политической системе могут стать его слабостью.

Об этом для «Маарив» пишет доктор Лираз Маргалит.

Эмоциональность как политическая слабость

На этой неделе Гади Айзенкот получил мандат на формирование правительства. Однако внимание общественности привлекло не столько само событие, сколько его выступление в резиденции президента Израиля. Во время речи политик несколько раз останавливался, с трудом сохранял последовательность мыслей, поглядывал в записи и пил воду.

В социальных сетях поспешили высмеять его выступление и усомниться в способности Айзенкота руководить страной. Другие, напротив, встали на его защиту, объясняя, что именно таких качеств не хватает израильскому руководству: человечности, чувствительности и способности открыто демонстрировать уязвимость.

Однако два дня спустя произошло событие, которое заставило усомниться уже в его политических навыках.

Во время церемонии приведения Кнессета к присяге Биньямин Нетаниягу выступил с речью, в которой призвал создать правительство национального единства. Одновременно он резко раскритиковал саму возможность формирования кабинета при поддержке арабских партий.

Айзенкот поспешил назвать выступление Нетаниягу речью, раскалывающей общество, и распорядился отменить встречу переговорных команд двух партий, которая должна была состояться для обсуждения создания правительства единства.

На первый взгляд, речь шла об очередном политическом конфликте. Однако, как объясняет Маргалит, за этим эпизодом скрывалась гораздо более сложная тактика.

Ранее сам Айзенкот заявлял, что не войдет в правительство вместе с партией РААМ. Однако такая позиция оставляет возможность сформировать правительство меньшинства, которое будет получать внешнюю поддержку этой партии. Именно этот сценарий, как сообщалось в последние дни, Айзенкот рассматривает в качестве одного из вариантов.

Нетаниягу заметил эту возможность. В своем выступлении он не ограничился критикой правительства, в состав которого войдут арабские партии, а распространил свое неприятие и на кабинет, который будет зависеть от их внешней поддержки.

Формально он повторил позицию, которую ранее высказывал сам Айзенкот. Однако на практике, считает Маргалит, Нетаниягу попытался уничтожить различие между участием арабских партий в правительстве и их поддержкой кабинета извне. Именно это различие оставляло Айзенкоту пространство для политического маневра.

Если бы Айзенкот продолжил переговоры с Нетаниягу о создании правительства единства, это означало бы, что он принимает предложенные премьер-министром принципы и фактически остается от него зависимым.

По словам Маргалит, если бы на месте Айзенкота оказался Нетаниягу, у него не возникло бы проблем с тем, чтобы сначала объявить определенные принципы, а затем от них отказаться. Но развитая совесть Айзенкота не позволяет ему постоянно менять позицию в зависимости от политической ситуации. И именно этого, считает психолог, ему не хватает для выживания в израильской политике.

Поэтому выступление Нетаниягу, которое формально не должно было стать неожиданностью для Айзенкота, вызвало столь резкую реакцию.

Почему для борьбы за власть нужны темные черты характера

Маргалит обращается к одному из наиболее тревожных вопросов психологии лидерства: действительно ли для достижения власти и ее удержания необходимы личностные качества, которые общество обычно считает отрицательными?

В последние годы накапливаются исследования так называемой «темной триады» личности. В нее входят нарциссизм, макиавеллизм и психопатические черты. Речь не обязательно идет о клинических расстройствах личности. В определенных проявлениях эти особенности могут давать человеку существенное преимущество в борьбе за власть.

Первая составляющая — нарциссизм. Он обеспечивает практически непоколебимую уверенность в себе. Политику приходится постоянно сталкиваться с критикой, унижениями, поражениями и попытками подорвать его авторитет. Человек, склонный к сомнениям в себе, может тратить огромное количество энергии на анализ собственных ошибок. Нарцисс же способен двигаться вперед даже тогда, когда реальность дает ему достаточно причин остановиться.

Вторая составляющая — макиавеллизм. Это способность распознавать интересы, скрывающиеся за публичными заявлениями, понимать мотивы собеседника и использовать его слабости для достижения собственных целей.

Политик с макиавеллистскими наклонностями не считает, что человек, который ему улыбается, обязательно является союзником. Он понимает, что обещания иногда служат способом выиграть время, верность зависит от обстоятельств, а давление можно оказывать и без прямых угроз.

Психопатические черты и лидерство

Третьим элементом «темной триады» являются психопатические черты. Прежде всего речь идет об отсутствии страха, хладнокровии и сниженной эмоциональной сдержанности.

Маргалит приводит исследование, в котором изучались личностные особенности 42 американских президентов. Оно выявило связь между смелостью и бесстрашием — качествами, которые относят к отдельным проявлениям психопатии, — и оценками лидерских способностей, убедительности и умения управлять кризисами.

В то же время антисоциальные и импульсивные черты были связаны и с отрицательными результатами.

По мнению психолога, в этом есть определенная логика. Руководителю приходится принимать решения, которые причиняют людям вред, увольнять союзников, нарушать обещания и иногда жертвовать интересами одной группы ради другой.

Человек, способный эмоционально дистанцироваться от последствий своих решений, может действовать быстрее того, кто мучительно переживает из-за каждого выбора.

Маргалит предлагает вспомнить, сколько достойных и талантливых людей приходили в политику с искренним желанием изменить страну, но в итоге уходили, осознав личную цену, которую приходится за это платить.

Многие обнаруживали, что для политического выживания им придется перенять модели поведения, которые сами они считают отвратительными.

В результате политическая система может отсеивать именно тех людей, которых общество хотело бы видеть у власти, и предоставлять преимущество тем, кто готов практически на все ради сохранения своего положения.

Однако здесь возникает парадокс. Те же самые качества, которые помогают человеку подняться на вершину власти, могут стать препятствием после ее достижения.

Руководитель, который никогда не сомневается в собственной правоте, с трудом замечает свои ошибки. Тот, кто воспринимает окружающих как фигуры в политической игре, рискует потерять их доверие. А человек, которого не беспокоят человеческие последствия его решений, может продолжать принимать их даже тогда, когда разрушительный эффект уже очевиден.

Политическая ловушка Нетаниягу

Возвращаясь к Айзенкоту и Нетаниягу, Маргалит предлагает иначе взглянуть на отмену переговорной встречи.

По ее оценке, Айзенкот отменил встречу не просто в ответ на раскалывающее общество выступление премьер-министра. Он хотел сохранить возможность внешней поддержки со стороны арабских партий.

Но у такого решения есть своя цена: оно дает Нетаниягу возможность представить Айзенкота человеком, который отказывается от правительства национального единства.

Именно так, объясняет психолог, работают сложные политические ловушки. Противнику необязательно заставлять вас соглашаться с его позицией. Иногда достаточно добиться того, чтобы любая ваша возможная реакция работала на его цели.

Поэтому главный вопрос в отношении Айзенкота заключается вовсе не в том, насколько сильно он волнуется, запинается во время выступлений или нуждается в стакане воды перед речью.

Гораздо важнее, способен ли он своевременно распознавать подобные политические маневры, понимать последствия каждого своего решения и определять, когда необходимо вступить в конфликт, а когда лучше оставить противника без ответа.

Настоящее испытание для Айзенкота, заключает Маргалит, будет заключаться не в способности скрывать свои эмоции, а в умении не позволять им управлять собой.

Ранее Курсор писал, что Айзенкот пошел на неожиданный шаг ради создания нового правительства.